Антинорманизм — Википедия
![](http://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/0/09/Antinormanism_and_normanism%2C_the_dispute_between_Kostomarov_and_Pogodin.jpg/250px-Antinormanism_and_normanism%2C_the_dispute_between_Kostomarov_and_Pogodin.jpg)
Антинормани́зм — ряд направлений преимущественно в российской досоветской, советской и постсоветской историографии[1], сторонники которого отрицают роль скандинавов в создании Древнерусского государства или отрицают вовсе какое-либо участие скандинавов (норманнов) в социально-политической жизни Руси; отвергают и стремятся опровергнуть норманскую теорию создания Древнерусского государства[2]. Народ русь и варяги, составившие раннюю элиту Древнерусского государства, а следовательно и первые представители правящей династии Древней Руси в рамках антинорманизма рассматриваются не в качестве потомков выходцев из Скандинавии, а как восточные или балтийские славяне (в рамках южнобалтийской гипотезы)[3], финны[4], пруссы[5] и др.[6]
Антинорманизм возник в XVIII веке в связи с борьбой Российской империи за господство на Балтике, когда варяжское (скандинавское) происхождение не устраивало российскую власть[7]. Другой причиной возникновения антинорманизма стал начавшийся в ХVIII веке процесс «изобретения наций» и их истории, в который включались представления об «исторических корнях», а правителям прошлого присваивалась «правильная» национальность; в данном случае ключевым было доказать «славянство» первых русских князей[8]. Антинорманизм связан со славянской школой, направлением российской историографии, представители которого стремились доказать глубокую древность и исконную высокую цивилизованность славян и русских, не уступавших народам Западной Европы и имевших право на равное с ними место в мировой истории и мировом сообществе[9], самобытность Руси[10] и исконную славянскую принадлежность народа русь[11].
Продуктивность и научное значение антинорманизма заключаются в освещении процессов развития восточнославянского социума, приведших к образованию государства, выявлении взаимного влияния древнерусской и древнескандинавской культур[12].
Антинорманистские концепции распространены преимущественно в постсоветских странах[1]. Антинорманизм может иметь националистическую мотивацию[13], его основой может быть «образ врага»[14]. Опровержения норманской теории могут выдвигаться в рамках инструментального подхода к истории, который отрицает самостоятельную ценность прошлого и ставит прошлое на службу настоящему; по явному или подразумеваемому заказу власти[15]. Другой причиной распространённости антинорманизма является отрицание теорий миграционизма и диффузионизма и роли миграций[16]. Антинорманизм распространён, в частности, в широких массах[16], околонаучной среде[17], националистических[13] псевдоисторических построениях[18] и в славянском неоязычестве[19].
Большинством учёных[20] признаются существенное влияние скандинавов на раннюю Русь[21], скандинавская принадлежность варягов[22], народа русь[23], правящего слоя в начальный период[24] и первых правителей Руси[25], о чём свидетельствует широкий круг письменных, археологических и лингвистических источников[26]. При этом в современной науке скандинавы не считаются собственно основателями Русского государства, принесшими местным народам государственность; образование раннего Русского государства рассматривается как сложный процесс, включавший как внутренние (общественная эволюция местных, в первую очередь восточно-славянских общностей), так и внешние факторы[27].
Общие положения
Антинорманизм включает широкий спектр концепций и гипотез, общими признаками которых являются отрицание существенности влияния скандинавов на политические и экономические процессы становления Древней Руси и выдвижение альтернативных норманской версий.
В рамках антинорманизма сведения источников часто заменяются на различные средневековые этимологии. Для антинорманизма свойственны обвинения исследователей в стремлении «принизить славу древнего славянского народа»[28].
Во многих концепциях сужается исследовательское пространство, сводящееся к «этимологическим» и «этническим» вопросам. Одним из основных для современных антинорманистов является вопрос происхождения слова «варяг». Этот подход создаёт ограниченность исследовательской проблематики в области русско-скандинавских связей[29]. Во второй половине XVIII веке в полемике М. В. Ломоносова с российскими учеными немецкого происхождения возникла полемика вокруг этимологии названия «русь», имевшая в тот период отчетливо политический характер. Как норманисты, так и антинорманисты в XVIII — первых десятилетиях XX века стояли на общих методологических позициях, включающих идеалистическое представление о возможности создания государства одним деятелем или группой лиц, что привело к подмене вопроса происхождения государства вопросом происхождения его названия[30].
Антинорманистская историография стремится обойти проблему скандинавского происхождения названия русь и следовать традиционных для данных направлений представлений об исконности полянской руси в Киеве (работы А. Г. Кузьмина, Б. А. Рыбакова, А. А. Горского и др.). Отождествление полян и начальной руси при этом обосновывается на взятом вне контекста летописном фрагменте: «поляне, яже нынѣ зовомая Русь»[31].
«Росы», известные из Бертинских анналов, которые признавались, что они «от рода свеонов» (шведов), и послы «от рода русского», имевшие скандинавские имена в договорах Олега и Игоря с греками в рамках антинорманистского дискурса традиционно рассматриваются как норманны на русской службе, например, А. А. Горским (2004)[32].
История концепций
«Варяжский вопрос» отягощён не только отрывочностью информации письменных источников и сложностью сопряжения лингвистических данных с историческими, но и идеологическими и политическими аспектами[33][34][35] и часто приобретал политическое звучание[6].
Ранний период
Ранние русские летописи, начиная с самой ранней достоверно известной «Повести временных лет», возводят народ русь к варягам — собирательное обозначение скандинавских народов в ранних русских источниках, выходцы из Скандинавии на Руси[22].
Более поздняя литературная традиция соотносит этот народ с Русом из легенды о трёх славянских братьях — Чехе, Лехе и Русе. В законченном виде легенда появилась в «Великой Польской хронике» XIV века[36].
В Воскресенской летописи середины XVI века имеется следующая версия возникновения слова «русь»: «И пришедше словене съ Дуная и седше у езера Ладожьскаго, и оттоле прииде и седоша около озере Илменя, и прозвашася инымъ именемъ, и нарекошася Русь рекы ради Руссы, иже впадоша во езеро Илмень». Упоминание о реке Русса явилось вставкой летописца, о чём свидетельствует сравнение с текстом более ранней Софийской первой летописи начала XV века. В начале XVI века немецкий дипломат Сигизмунд фон Герберштейн первым зафиксировал народную этимологию, согласно которой название «Руссия» произошло «от одного очень древнего города по имени Русс, недалеко от Новгорода Великого»[37]. В другом месте Герберштейн пишет: «Руса, некогда называвшаяся Старой Руссией (то есть давней или древней Руссией), древний городок под владычеством Новгорода…»[38].
В Краткой Хронографической Палее, старший список которой датируется 1440 годами, варяги при перечислении народов — потомков Иафета отождествляются с галатами (древний союз кельтских племён): «Разделено же бысть племя Афетово, третьего сына Ноева, 15 языкъ: 1 галати, иже суть варязи, 2 руми, иже суть грекы, 3 армени, 4 норици, иже суть словене»[39][40]. В некоторых поздних литературных произведениях XV—XVI веков термин «варяги» заменяется на «немцы» как обозначение иностранцев вообще («И избраша от немець 3 браты…»[41])[42] или варяги мыслятся как пруссы в целях построения новой княжеской генеалогии[40]: в «Сказании о князьях Владимирских» XVI века и в Хронографе Сергея Кубасова XVII века говорится, что римский император Август дал мнимому предку Рюрика Прусу «грады ляцкие по Висле реке, …и Варяжские грады Поморские, и преславный Гданеск, и ины многия грады по реке Немонь впадшую в море»[43]. В периоды идеологических кризисов летописное сказание о призвании варягов обретало особое значение: начало Русского государства требовалось привести в соответствие с его настоящим. В эпоху становления централизованного государства эта потребность привела к перестройке летописного сказания и созданию «Сказания о князьях Владимирских», согласно которому неизвестный Европе Рюрик предстал потомком Августа[7].
Немецкий дипломат Сигизмунд фон Герберштейн, будучи советником посла в Московском государстве в первой половине XVI века, одним из первых европейцев ознакомился с русскими летописями. Герберштейн стал первым, кто отождествил варягов с западнославянским племенем вагров: он писал об этом в своих «Записках о Московии», опираясь на соображения о славянской общности веры, обычаев и языка русских и вагров, отчего «русским естественно было призвать себе государями вагров»[44].
Автор «Киевского синопсиса» второй половины XVII века (предположительно киево-печерский архимандрит Иннокентий Гизель) вслед за западными авторами писал о балтийско-славянском происхождении варягов[45]. Балтийско-славянская версия отразилась в Ермолаевском списке Ипатьевской летописи, созданном в начале XVIII века[46], где под 1304 годом в рассказе о жене польского князя Лукерье говорится, что варяжское поморье находится у Старого града за Гданьском: «бо бе рода князей сербских, с Кашуб, от помория варязского от Стараго града за Кгданском»[47].
Ещё в XVII веке Швеция для обоснования своей экспансионистской политики по отношению к Русскому государству активно использовала летописные сведения о скандинавском происхождении древнерусских князей и присутствии скандинавов в Восточной Европе периода становления Древнерусского государства[6].
Российская империя
В самой России широкую известность норманская теория получила в первой половине XVIII века, благодаря деятельности немецких историков в Российской академии наук Г. З. Байера (1694—1738), позднее Г. Ф. Миллера, Ф. Г. Штрубе де Пирмонта и А. Л. Шлёцера.
В XVIII веке начинается процесс «изобретения наций» и их истории, в который включаются представления о «народных традициях» и «исторических корнях». Изменился также подход к предкам царствующих фамилий. В династических представлениях мифические персонажи были заменены более реальными властителями прошлого, которым, однако, стала присваиваться «правильная» национальность. Одним из наиболее ярких примеров является вопрос об этнической принадлежности первых русских князей[8].
![](http://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/4/4d/M.V._Lomonosov_by_L.Miropolskiy_after_G.C.Prenner_%281787%2C_RAN%29.jpg/180px-M.V._Lomonosov_by_L.Miropolskiy_after_G.C.Prenner_%281787%2C_RAN%29.jpg)
Одним из основателей славянской школы считается Михаил Ломоносов[48], комплекс исторических идей которого включал идеи древности славянского этноса, древнего происхождения «российского» (русского) народа и др.[49]
Авторов славянской школы мотивировало стремление «восстановить справедливость». Они отвергали, пренебрежительное, по их мнению, отношение господствовавшей в то время в исторической науке немецкой школы, рассматривавшей древних славян как «дикарей», которым германские народы «несли свет учёности». Немецкими авторами последняя концепция использовалась для оправдания их экспансии на восток, покорения или уничтожения различных славянских сообществ в западных славянских регионах. В связи с этим данный научный спор имел существенную политическую основу[48]. Представители славянской школы заявляли о расселении славян на огромных территориях и в глубокой древности, для чего славяне отождествлялись ими с различными народами, такими как троянцы, скифы, сарматы, роксоланы, готы, гунны, варяги, этруски и др.[50]
В России политическую и идеологическую остроту «варяжский вопрос» приобрёл в середине XVIII века[6], когда против норманской теории, усмотрев в ней тезис об отсталости славян и их неготовности к образованию государства[51], активно выступил М. В. Ломоносов. В частности, он утверждал, что Рюрик был родом из полабских славян, которые, по его мнению, имели династические связи с князьями ильменских словен. Этим и было обусловлено его приглашение на княжение.
В дискуссии 1749 года обозначились два диаметрально противоположных взгляда: признание скандинавов в качестве основателей Древнерусского государства, трактовка наименований «русь» и «варяги» как обозначения скандинавов (Г. Ф. Миллер, опиравшийся на исследования Г. З. Байера) и отрицание какого-либо участия скандинавов в социально-политической жизни Руси, утверждение, что слова «русь» и «варяги» — греческие или славянские (М. В. Ломоносов, В. К. Тредиаковский и др.). Обе стороны исходили из единых представлений о возможности создания государства одним человеком и считали летописные сообщения полностью достоверными, но расходились в их интерпретации[6].
Филолог Ю. М. Лотман писал, что многие писатели и историки XVIII века, включая Ломоносова, больше доверяли в действительности поздним источникам, наподобие поздних редакций Хронографа, поскольку свидетельства, сообщаемые «Повестью временных лет», казались им слишком лапидарными, скупыми, лишёнными романического содержания. Эти свидетельства почти не касались тем, которые интересовали читателя конца XVIII века в наибольшей мере, — дохристианского, докняжеского периода, и предоставляли слишком мало подробностей. К поздним источникам привлекала также свойственная им сказочная фантастичность, которая по представлениям XVIII века была признаком старины. Так, более фантастичные, чем сведения, сообщаемые «Повестью временных лет», статьи Хронографа воспринимались как более древние[52].
Один из первых русских историков В. Н. Татищев, в середине XVIII века исследовав «варяжский вопрос», не пришёл к определённому выводу относительно этнической принадлежности призванных на Русь варягов, но предпринял попытку объединения противоположных воззрений. По его мнению, основанному на «Иоакимовской летописи», варяг Рюрик происходил от норманнского князя, правящего в Финляндии, и дочери славянского старейшины Гостомысла.
В начале XIX века Н. М. Карамзин с опорой на критический анализ летописных известий, произведённый А. Л. Шлёцером, предложил концепцию создания российской «монархии» варягами-скандинавами во главе с Рюриком, который был приглашён новгородским старейшиной Гостомыслом с целью управления славянскими и финскими племенами. Построение Карамзина преобладало до середины XIX века[6]. В свою очередь, под влиянием трудов И. Ф. Г. Эверса С. М. Соловьёв, признавая происхождение первых князей и дружины норманнским, в целом оценивал их влияние как незначительное[53].
![](http://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/9/94/Ilovajskij%2C_Dmitrij_Ivanovich.jpg/180px-Ilovajskij%2C_Dmitrij_Ivanovich.jpg)
![](http://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/f/f7/%D0%93%D0%B5%D0%B4%D0%B5%D0%BE%D0%BD%D0%BE%D0%B2_%D0%A1%D1%82%D0%B5%D0%BF%D0%B0%D0%BD_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87.jpg/180px-%D0%93%D0%B5%D0%B4%D0%B5%D0%BE%D0%BD%D0%BE%D0%B2_%D0%A1%D1%82%D0%B5%D0%BF%D0%B0%D0%BD_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87.jpg)
В середине XIX века в рамках славянофильства наблюдается усиление антинорманских тенденций[6]. Двумя виднейшими представителями антинорманизма XIX века были С. А. Гедеонов[6] и Д. И. Иловайский. Гедеонов вновь поставил во главу угла вопрос об этнической природе варягов и руси. Он утверждал, что эти термины, а также имена первых русских князей (Рюрик, Олег, Игорь) происходят из прибалтийско-славянских языков, что, по его мнению, доказывало славянскую природу древнерусской государственности[6]. Русов он считал балтийскими славянами — ободритами[54]. Однако его этимология была тогда же отвергнута лингвистами. Вместе с тем его критика взглядов «норманистов» побудила их интенсифицировать поиски и исследование новых источников по «варяжскому вопросу»[6]. Иловайский разделял гипотезу южного происхождения русов.
Норманскую теорию разделял М. П. Погодин, который участвовал в дискуссии с занимавшими позиции антинорманизма Н. И. Костомаровым, а затем Д. И. Иловайским. По итогам полемики в 1872 году Погодин составил обобщающий труд «Древняя русская история до монгольского ига»[55].
Русские учёные XVIII и XIX веков обычно относились к летописному рассказу о призвании варягов в 862 году с полным доверием и спорили лишь по вопросу об этнической принадлежности пришельцев. В 1876 году Иловайский писал о вставном характере «Сказания о призвании варягов», усматривая в нём признаки новгородского происхождения[56]. Вслед за Иловайским в статье 1904 года А. А. Шахматов высказывал мнение, что «Сказание о призвании варягов» это поздняя вставка в киевскую летопись, составленная летописцами из нескольких северорусских преданий, подвергнутых ими глубокой переработке[57].
В середине XIX — начале XX веков учёные ввели в научный оборот значительный корпус восточных (А. Я. Гаркави, А. А. Куник), византийских (В. В. Латышев), скандинавских (Ф. А. Браун) и западно-европейских источников. Эти источники в значительной мере расширили понимание экономических и социально-политических процессов образования раннего Русского государства и свидетельствовали о значительной роли в них скандинавов. Взгляды на причины возникновения Русского государства изменились, в том числе было признано значение внутреннего экономического и социального развития восточных славян; само формирование государства теперь понималось как длительный процесс[6].
СССР и эмиграция
Н. К. Никольский, вслед за Д. И. Иловайским и А. А. Шахматовым, предполагал наличие в летописи двух взаимоисключающих версий происхождения руси — поляно-славянской и варяжской. По его мнению, исходной была поляно-славянская версия, а первый автор летописи был убеждён, что «Русская земля», как и все славяне, «пошла» из Подунавья. Позднейший же автор пытался доказать, будто русь это варяги, пришедшие «из-за моря, и не в Киев, а в северо-западные земли»[58]. Вслед за И. П. Филевичем он назвал первоначальный летописный свод «Повести о Русской земле» или «Повести о поляно-руси»[59]. Переселение в VII—X веках многочисленных групп славян из Среднего Подунавья подтверждается археологическими данными[60]. По характеру и деталям погребальной обрядности древнейшие труположения на Среднем Поднепровье имеют прямые аналогии в раннехристианских памятниках на территории Великой Моравии[61][62]. С. С. Ширинский предложил считать раннехристианскими все ингумационные захоронения Среднего Поднепровья IX—Х веков. Подобная же позиция представлена в работах А. П. Моци и А. Е. Мусина, которые акцентируют внимание на биритуальному характере древнерусских могильников IX—Х веков и принципиальном отличии нового обряда от традиционной для славян кремации, что могло быть вызвано только коренными изменениями в религиозном сознании[63].
Расширение круга источников и изменение подхода к решению проблемы появления Русского государства сняли остроту проблемы этнической принадлежности варягов и ранних русских князей. Вплоть до середины 1940-х годов подавляющее большинство российских, советских и иностранных историков и филологов признавало активное участие скандинавов в формировании Древнерусского государства, скандинавское происхождение русской знати и династии, скандинавскую этимологию терминов «варяг» и «русь». Эти взгляды разделяли С. М. Соловьёв, В. О. Ключевский, В. Л. Томсен, А. А. Шахматов, Ю. В. Готье, Б. Д. Греков, С. В. Юшков и др. Одновременно масштабные археологические исследования в Старой Ладоге, Гнёздове, Киеве, Чернигове (Н. Е. Бранденбургом, Д. Я. Самоквасовым, А. А. Спицыным, Т. Арне и др.) подтвердили, что в Восточной Европе IX—X веков проживало значительное число скандинавов, а скандинавские древности концентрируются в основных пунктах торговых путей[6].
Официальная советская пропаганда представляла «норманистов» как «врагов народа» или «агентов запада»[16].
В середине 1940-х — начале 1950-х годов в Советском Союзе произошло новое усиление антинорманизма, которое имело две основных причины: реакция на эксплуатацию идей «норманизма» в нацистской Германии для пропаганды расового превосходства германской расы над славянами — скандинавы изображались нацистами как культуртрегеры по отношению к славянам; а также «борьба с космополитизмом»[6]. Сказание о призвании варягов стало ассоциироваться с нацистскими идеями о неспособности «славянской расы» к самостоятельному развитию и воспринималось как чуждое «патриотической» русской летописи, которая, с точки зрения части советских авторов, свидетельствует об исконно славянских (киевских) истоках государственности[64]. В сферах истории и археологии «борьба с космополитизмом» выразилась в теории автохтонного, не имеющего внешних влияний, развития восточных славян. Присутствие скандинавов в Восточной Европе отрицалось (А. В. Арциховский). Основным аргументом этого, как и в XVIII веке и в середине XIX века, была попытка доказать нескандинавскую этимологию названий «русь» и «варяги». Для этих терминов предлагались восточно-славянская (М. Н. Тихомиров), кельтская, прибалтийско-славянская (А. Г. Кузьмин) и др. этимологии[6].
Другим аргументом считался тезис одного из основоположников марксизма Фридриха Энгельса о том, что государство не может быть навязано извне, дополненный официально пропагандируемой в то время псевдонаучной автохтонистской теорией лингвиста Н. Я. Марра, отрицавшей миграции и объясняющей эволюцию языка и этногенез с классовой точки зрения. Идеологической установкой для советских историков стало доказательство тезиса о славянской этнической принадлежности племени русь. Характерные выдержки из публичной лекции доктора исторических наук В. В. Мавродина, прочитанной в 1949 году, отражают состояние дел в советской историографии сталинского периода:
Естественно, что «учёные» прислужники мирового капитала стремятся во что бы то ни стало опорочить, очернить историческое прошлое русского народа, принизить значение русской культуры на всех этапах её развития. Они же «отказывают» русскому народу в инициативе создания своего государства.[…]
Этих примеров вполне достаточно, чтобы прийти к выводу, что тысячелетней давности предание о «призвании варягов» Рюрика, Синеуса и Трувора «из-за моря», которое давным-давно следовало сдать в архив вместе с преданием об Адаме, Еве и змие-искусителе, всемирном потопе, Ное и его сыновьях, возрождается зарубежными буржуазными историками для того, чтобы послужить орудием в борьбе реакционных кругов с нашим мировоззрением, нашей идеологией.[…]
Советская историческая наука, следуя указаниям Маркса, Энгельса, Ленина, Сталина, положив в основу замечания товарищей Сталина, Кирова и Жданова на «Конспект учебника по Истории СССР», разработала теорию о дофеодальном периоде, как периоде зарождения феодализма, и о варварском государстве, возникающем в это время, и приложила эту теорию к конкретным материалам истории русского государства. Таким образом уже в теоретических построениях основоположников марксизма-ленинизма нет и не может быть места норманнам как создателям государства среди «диких» восточно-славянских племён[65].
В конце 1950-х годов польский историк X. Ловмяньский писал, что, хотя скандинавская этимология слова «русь» «не свидетельствует как таковая о решающей роли норманнов» в процессе возникновения Древнерусского государства и убедительно обоснована лингвистически, тем не менее местное происхождение названия заслуживает предпочтения и потому следует попытаться установить именно славянскую этимологию[66].
Многие годы советский антинорманизм представлял историк и археолог академик Б. А. Рыбаков. С 1940-х годов он отождествлял русов и славян, помещая первое древнеславянское государство, предшественника Киевской Руси, в лесостепь Среднего Поднепровья[67]. В 1953 году он писал: «После того, как многие доводы норманистов были опровергнуты, норманская теория осталась где-то на грани между консервативной ученостью и политическим памфлетом»[68]. По мнению Рыбакова, «чья-то рука изъяла из „Повести временных лет“ самые интересные страницы [об исконной славянской руси] и заменила их новгородской легендой о призвании князей-варягов»[64]. Рыбаков вслед за Шахматовым писал о внесении «варяжской легенды» в текст киевской летописи из новгородского источника («Остромировой летописи»), но связывал создание «норманской традиции» не с Нестором, а с игуменом Михайловского Выдубецкого монастыря Сильвестром[69][70]. Легендарного Кия он считал киевским князем VI века. Утверждая, что понятие «Русская земля» сложилось уже к середине VI века, Рыбаков постулировал возникновение Киевского государства за 300 лет до «призвания варягов». Он упрекал сторонников норманской теории в подтасовках, имеющих целью принизить творческие способности славян[71]. Позднее Рыбаков всё же признал скандинавское происхождение Рюриковичей и выделил «варяжский период» в истории Руси[72]. По мнению В. Л. Янина, Рыбаков придерживался разработанной М. С. Грушевским концепции «киевоцентризма», согласно которой государственное устройство распространялось не из Новгорода в Киев, а из Киева в Новгород. Как пишет Янин, Рыбаков пошёл дальше, чем Грушевский, заявив об основании Новгорода киевлянами для защиты северных рубежей[73].
Историк А. П. Новосельцев так описывал ситуацию в позднесоветский период: «Возражать им [академику Рыбакову и его последователям] становилось даже опасно, так как можно было заслужить малопочтенный в ту пору ярлык норманиста, что вело к ограничению возможностей публикации трудов тех, кто его получал, и т. д.»[74]. Клейн в книге мемуаров приводит письмо, направленное в Управление внешних сношений МВиССО СССР профессором Д. А. Авдусиным, в котором значилось: «Позиция группы Клейн-Лебедев-Булкин представляется мне противоречащей марксизму-ленинизму, антипатриотической. Поездка любого из членов этой группы за границу, тем более — в гнездо зарубежного норманизма — Швецию, послужит не на пользу, а во вред советской исторической науке»[75].
Позиция историка и археолога Л. С. Клейна по норманской проблеме, занятая им с 1960 года, поначалу вызывала только неявное недовольство партийного руководства наукой, которое привело к организации дискуссии 1965 года, где оппонентом Клейна выступил И. П. Шаскольский[76]. Это была третья публичная дискуссия по данной проблеме (каждая отстояла от предшествующей приблизительно на столетие; в первой участвовали Г. Ф. Миллер и М. В. Ломоносов, во второй — М. П. Погодин и Н. И. Костомаров)[77]. В печати реакция началась после появления в 1970 году сводки норманнских древностей Руси, выполненной Клейном совместно с его учениками: последовали рецензия в Польше, три подробных отклика в России[78].
Академик Д. С. Лихачёв считал, что летописный рассказ о призвании варягов является вставкой в летопись, легендой, созданной печерскими монахами с целью укрепления независимости Древнерусского государства от византийского влияния. По мнению учёного, легенда, как и в случае с призванием саксов в Британию, отразила средневековую традицию искать корни правящих династий в древних иноземных правителях, что должно повышать авторитет династии среди местных подданных[79].
![](http://upload.wikimedia.org/wikipedia/ru/thumb/a/a1/Apollon-kuzmin-1.jpg/150px-Apollon-kuzmin-1.jpg)
![](http://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/f/ff/2014-SakharovAN.jpg/180px-2014-SakharovAN.jpg)
В 1960-е — начале 2000-х годов в работах археологов (Д. А. Авдусин, М. И. Артамонов, А. Н. Кирпичников, Г. С. Лебедев, Е. Н. Носов, Т. А. Пушкина и др.), историков и источниковедов (А. А. Горский, Е. А. Мельникова, А. П. Новосельцев, В. Т. Пашуто, В. Я. Петрухин, М. Б. Свердлов, И. П. Шаскольский и др.), филологов (Г. А. Хабургаев, Г. Шрамм) изучение славяно-скандинавских связей периода формирования Русского государства было выведено далеко за пределы спора о происхождении названий «русь» и «варяги», обретя комплексный и междисциплинарный характер. Основными вопросами являются роль торговых путей в образовании государства и степень участия варягов в международной торговле, формирование русской военной элиты и место, занимаемое в ней варягами, наряду с другими этническими группами, сравнительная типология социально-политического развития скандинавов и восточных славян и их этнокультурный синтез, русские вляиния на культуру Восточнеой Скандинавии др.[6]
Многие российские и нероссийские лингвисты, историки и археологи придерживались скандинавской этимологии названия «русь» и пополняли её аргументацию (лингвистическую — А. И. Попов, Г. А. Хабургаев, Г. Шрамм, археологическую — Г. С. Лебедев). Ряд советских историков вслед за М. Н. Тихомировым придерживался версии автохтонного среднеднепровского происхождении этого названия[80].
![](http://upload.wikimedia.org/wikipedia/ru/thumb/a/a3/%D0%A1%D0%B5%D0%B4%D0%BE%D0%B2%D0%92%D0%92.jpg/150px-%D0%A1%D0%B5%D0%B4%D0%BE%D0%B2%D0%92%D0%92.jpg)
Предметом дискуссии стала локализация объединения русов с каганом во главе, получившего условное название Русский каганат. Востоковед А. П. Новосельцев склонялся к северному расположению Русского каганата, в то время как археологи (М. И. Артамонов, В. В. Седов) помещали каганат на юге, в районе от Среднего Поднепровья до Дона. Не отрицая влияния норманнов на севере, они всё же выводят этноним «русь» из иранских корней[81][82][83].
В 1970-е годы А. Г. Кузьминым был возрождён антинорманизм середины XIX века — в той его форме, которая была выдвинута М. В. Ломоносовым и развита С. А. Гедеоновым[84]. Мнения, что варяги были не скандинавами, а западными славянами, в те годы придерживались только историки В. Б. Вилинбахов, А. Г. Кузьмин и В. В. Похлёбкин[85]. В рамках этого направления варяги считаются прибалтийскими славянами — на основании этимологий («варяги»-«вагры» и др.), а также западнославянских влияний на язык и материальную культуру северо-западных областей Древней Руси[35]. Также Кузьмин писал, что варяги были ославяненными кельтами[86][87]. За это И. П. Шаскольский с марксистских позиций обвинил А. Г. Кузьмина в пропаганде идей украинского белоэмигранта С. П. Шелухина, впервые озвучившего в 1929 году гипотезу, что русь — это кельты, пришедшие из Франции[88][89][90]. Со второй половины 1980-х годов Кузьмин развивал концепцию Дунайской Руси на территории Великой Моравии IX века, с конца 1990-х — концепцию Причерноморской Руси в Восточном Крыму и на Таманском полуострове[90].
Украинско-американский историк О. И. Прицак, в целом придерживавшийся норманской теории, считал, что название «Русь» произошло от кельтско-латинского названия местности «Рутениси», которое во Франции изменилось в «Руси», а в средней Германии — в «Рузи»[91].
Восприятие варяжско-норманнских изысканий как «реакционной норманской теории» сохранялось в советской историографии и в течение 1980-х годов, в результате чего авторам противоречащих этой линии работ отказывалось в публикации[92].
Постсоветский период
Очередное усиление спора вызвал доклад историка Л. С. Клейна (1995) о «конце антинорманизма» (один отклик в поддержку, два — против) на торжественном юбилее дискуссии 1965 года. Клейн полагал, что после ликвидации советской власти, а вместе с ней и государственной поддержки антинорманизма, дискуссия на эту тему завершена. В журнале «Стратум» за 1999 год Клейн опубликовал статью «Норманизм — антинорманизм — конец дискуссии»[78]. Однако с 1990-х годов антинорманистские идеи приобрели новую известность как в общественном, так и в академическом дискурсе в России, Украине и Белоруссии[93]. Возникла тенденция реанимации традиционного антинорманизма, которая включает как тиражирование без научного комментария трудов Иловайского и Гедеонова, так и написание работ, основанных на их идеях[94]. Сохраняющаяся приверженность антинорманизму в странах в постосоветский период мотивируется современным этнонационализмом и потребностями государственного строительства[95]. На Украине и, в меньшей степени, в Белорусии постсоветское национальное строительство, противопоставленное историческому дискурсу в рамках российского империализма, способствовало распространению антинорманистских взглядов в научных кругах и, в большей степени, в массовой культуре[96].
Развитие научного направления, которое отвергало антинорманистские стереотипы номенклатурной науки и опиралось на междисциплинарные исследования и углубленное изучение источников, вызвало ответную реакцию находящихся у власти сторонников этих представлений. Ряд авторов из этой среде предприняли попытки возродить донаучные идеи в русле «Сказания о князьях Владимирских», возводящие Рюрика к родичу римского Августа Прусу, кабинетные этимологии Ломоносова и Гедеонова, которые соотносят Пруссию с Русью, вагров с варягами и т. п. В основе «методики» этих идей находится «образ врага». Попытка возрождения этих историографических схем вызвала противодействие Е. А. Мельниковой и ряда других учёных. Полемика новых «антинорманистов» со своими оппонентами основывалась на стремлении к очернению и применении номенклатурных методов. Так, Сектор истории древнейших государств под давлением А. Н. Сахарова был вынужден перейти из Института российской истории в Институт всеобщей истории[14].
В XXI веке работа Кузьмина была продолжена его учениками и последователями[97][98]. Одним из ярких примеров продвижения этих концепций в России стала антинорманистская конференция в 2002 году, за которой последовали публикации на ту же тему (Сборник Русского исторического общества «Антинорманизм» за 2003 год и др.)[99][100][98]. «Современным лидером антинорманизма» историк и археолог Л. С. Клейн называет липецкого историка В. В. Фомина (член «Академии ДНК-генеалогии», продвигающей псевдонаучное учение А. А. Клёсова[101]), одного из учеников и последователей Кузьмина[102].
В 2003 году вышел Сборник Русского исторического общества, озаглавленный «Антинорманизм». В действительности «Антинорманизм» — только один раздел Сборника, но первый и самый крупный. Пять статей из раздела представляют собой историографически-критические описания норманизма, выдержанные, по мнению историка Л. С. Клейна в агрессивном и публицистическом ключе: А. Н. Сахаров «Рюрик, варяги и судьбы российской государственности»; В. В. Фомин «Кривые зеркала норманизма» и «Варяжский вопрос: его состояние и пути разрешения на современном этапе»; М. Д. Каратеев (доктор химических наук и эмигрантский писатель-романист) «Норманнская болезнь в русской истории»; А. Г. Кузьмин «Облик современного норманизма»; включены и некоторые другие работы[103].
Более активная дискуссия развернулась после издания работы Клейна «Спор о варягах» (2009). Это издание совпало с возрождением антинорманизма, поддерживаемого директором Института российской истории РАН А. Н. Сахаровым. Сахаров совместно с историком В. В. Фоминым выступили по телевидению, Клейн подверг критике их выступление в печати (2010), опубликовав ряд статей, в частности, о конференции сторонников Сахарова «Начало Руси». Фомин, в свою очередь, поместил в интернете подробный критический разбор «Спора о варягах» и других произведений Клейна под названием «Клейн как диагноз, или голый конунг», где обвинил Клейна в научной несостоятельности его исторических взглядов. Клейн ответил статьей «Антинорманизм как диагноз»[104].
В 2010 году был выпущен сборник «Изгнание норманнов из русской истории»[105], получивший название по переизданной в его составе работе 1955 года «Изгнание норманнов : очередная задача русской исторической науки» (издана в Париже) Наталии Ильиной[106], супруги философа Ивана Ильина. Также в сборнике 2010 года изданы работы А. Г. Кузьмина, А. Н. Сахарова, Л. П. Грот, В. В. Фомина, С. В. Перевезенцева. В аннотации сказано: «В публикуемых работах… показываются истинные истоки Руси, тенденциозно трактуемые норманистами»[105].
Сторонником антинорманизма является В. И. Меркулов, к. и. н., член Русского исторического общества, состоящий также в «Академии ДНК-генеалогии», созданной автором псевдонаучного учения А. А. Клёсовым. Одну из своих работ, «Откуда родом варяжские гости?» он публиковал в издательстве «Белые альвы» в серии «Библиотека расовой мысли»[107], созданной сторонником расовой теории Владимиром Авдеевым[108].
С 2005 года статьи сторонников антинорманизма публикуются в международном историческом журнале «Русин», в редколлегию которого входит В. И. Меркулов. Однако большинство публикаций авторов, представленных в журнале, выполнено на высоком профессиональном уровне[109][110].
В 2009 году историк-антинорманист А. Н. Сахаров, директор Института российской истории РАН, член-корреспондент РАН и один из активных членов Комиссии по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России, в интервью российскому телеканалу заявил, что среди современных фальсификаций одним из самых опасных средневековых вымыслов является норманизм, который «сегодня снова поднимает голову». Он утверждал, что в России дует новый ветер норманизма, инспирируемый иностранными организациями и учреждениями, финансирующими «деструктивную деятельность» некоторых российских учёных и исследовательских центров[16].
С 2015 года статьи сторонников антинорманизма публикуются в международном журнале «Исторический формат», главным редактором которого является В. И. Меркулов (член «Академии ДНК-генеалогии» Клёсова), в редколлегию входят С. Н. Азбелев, Л. П. Грот, Р. Б. Рыбаков, В. В. Фомин (Грот и Фомин — также члены «Академии ДНК-генеалогии»[101]) и др.; в общественный попечительский совет журнала входят члены «Академии ДНК-генеалогии» Клёсова; статьи журнала близки к псевдонаучным; среди авторов Л. Р. Прозоров (сторонник национал-социализма, идеологии русского неоязычества и конспирологического хазарского мифа[111]), Клёсов и др.[112][113]
Антинорманистские взгляды занимают видное место в некоторых российских школьных учебниках XXI века[114].
Ряд популярных работ и ресурсов в Интернете распространяют среди среднестатистических жителей России представление, что норманисты это «инородцы», «русофобы», «антипатриоты» и в целом «безнравственные люди»[16].
Славянская гипотеза
Славянская гипотеза впервые была сформулирована В. Н. Татищевым и М. В. Ломоносовым как критика норманской теории. Она исходит, в частности, из толкования фрагмента «Повести временных лет»:
Поэтому учитель славян — Павел, из тех же славян — и мы, русь… А славянский народ и русский един. От варягов ведь прозвались русью, а прежде были славяне; хоть и полянами назывались, но речь была славянской[115].
Оригинальный текст (церк.-сл.)Тѣмьже словѣньску языку учитель есть Павелъ, от негоже языка и мы есме русь… А словѣнескъ языкъ и рускый одинъ. От варягъ бо прозвашася Русью, а пѣрвѣе бѣша словѣне; аще и поляне звахуся, но словѣньская рѣчь бѣ[115].
С точки зрения сторонников норманской теории из цитаты лишь следует, что слово «русь» является названием варягов и к тем славянам, которые прежде назывались полянами, пришло от варягов[40].
Ломоносов доказывал славянскую принадлежность народа русь («россы») через тождество их пруссам. Самих пруссов (балтские племена) он считал славянами, ссылаясь на Гельмольда и Матфея Претория, полагавших «прусский и литовский язык за отрасль славенского», а также на собственное мнение о сходстве «их (пруссов) языка со славенским»[116].
Другим источником славянской гипотезы является сообщение арабского географа Ибн Хордадбеха, который писал, что русы — славянский народ. Ибн Хордадбех был единственным восточным автором, относившим русь к ас-Сакалиба, остальные описывают русь и славян обособлено[117].
В русской историографии XIX века славянская теория не имела широкого распространения. Двумя наиболее видными её представителями были С. А. Гедеонов и Д. И. Иловайский. Первый считал русов балтийскими славянами — ободритами, второй — доказывал их южное происхождение, а этноним русь объяснял русым цветом волос[118].
![](http://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/5/5f/Coat_of_Arms_of_Staraya_Ladoga_%28Leningrad_oblast%29.svg/150px-Coat_of_Arms_of_Staraya_Ladoga_%28Leningrad_oblast%29.svg.png)
С. А. Гедеонов предположил, что Рюрик — это не собственное имя, а родовое прозвище Ререк («сокол»), которое, по его гипотезе, носили все представители правящей династии ободритов. В подтверждение Гедеонов ссылается на скандинавскую сагу Снорри Стурлусона о Хаконе Добром из цикла «Круг Земной», где, по его мнению, венды названы соколами[119]. Там говорится о «сокольих далях» в контексте войны (X век) конунга Хакона с викингами, «как датчанами, так и вендами». Впоследствии «Слово о полку Игореве» называет взрослых Рюриковичей соколами, а княжичей — соколичами.
Знаки Рюриковичей С. А. Гедеонов и некоторые другие исследователи (О. М. Рапов, А. Г. Кузьмин) трактовали как схематическое изображение сокола, падающего на добычу. Другие исследователи видят в нём изображение скипетра, якоря, трезубца или вил[120].
В советский период, начиная с 1930-х годов, идея славянской принадлежности руси активно отстаивалась и была тесно увязана с критикой норманизма. В советской историографии родиной русов считалось Среднее Поднепровье, они отождествлялись с полянами Киевской земли. Эта гипотеза имела официальный статус[121]. Противопоставление славян и руси в «Повести временных лет» объяснялось подчинением большинства славянских племён киевским князьям, домен которых на первоначальной стадии образования государства и назывался «Русью»[122]. Этноним русь выводился из местной топонимики, например из названия реки Рось на Киевщине. Корень рос- встречается в гидронимах Северного Причерноморья. Рось — правый приток Днепра; Роська, Россава — притоки Роси[123]. Производные топонимы: Поросье, город Родня. Исходный гидроним, Ръсь, имеет неясную этимологию[124] и засвидетельствован в «Повести временных лет»[35].
Из современных концепций получили известность гипотезы о «Русском каганате» В. В. Седова и руси-ругах А. Г. Кузьмина. Первый, основываясь на археологическом материале, помещает русь в междуречье Днепра и Дона (волынцевская археологическая культура) и определяет как славянское племя. Второй связывает русь с руянами — славянскими жителями острова Рюген. Руяне в поздних Магдебургских анналах (XII век), возможно, названы русскими (Rusci), как сообщает Кузьмин со ссылкой на работу 1859 года[84].
В. Н. Татищев рассматривал Старую Русу как место изначального появления имени «Русь»: «сначала токмо область Новгородская или паче владение Старой Русы (Старой Руси) тако именовались»[125]. В 2000-е годы А. Н. Сахаров и В. В. Фомин, опираясь на известие Герберштейна, вновь предложили связь названия Русы с Русью[38].
В патриотическом духе[126] выдвигались версии: советского лингвиста П. Я. Черных о происхождении термина варяг от варить (в значении охранник)[127][128]; российского историка Г. И. Анохина, согласно которому варяги-русь — солевары из Русы (Старой Руссы)[129][130]. Эти гипотезы не были приняты наукой[126][131].
Английский историк Томас Шор (1840—1905) в своей книге «Происхождение англо-саксонской расы», говоря о варинах, которых их союзники англы называли варингами, пишет что в русской истории они известны под именем варягов. Того же мнения придерживаются российские авторы А. Г. Кузьмин и В. В. Фомин[98].
По мнению К. А. Максимовича, др.-рус. русь восходит к славянскому *roud-s-ь, от корня *rъd-/*roud-/*rуd-, связанного с красным цветом. Именно эта форма была заимствована финно-уграми у славян ещё в праславянскую эпоху (около VI века н. э.), до упрощения консонантных групп в праславянском. По мнению автора гипотезы, это подтверждается значениями однокоренных финскому Ruotsi в других финно-угорских языках: саамском (в северной Норвегии — ruossa), комизырянском (rot’s), удмуртском (dzwts), остякском (ruts, rut), вогульском (ros, rus), ненецких диалектах (luса, lusa); а кроме того в тунгусском и бурятском (luca), юкагирском (lusi, luci) и др., в значении «русские». В карельских диалектах термин ruottsi обозначает финнов, Финляндию. В свете закона о большей архаичности периферийных языков именно периферийную (то есть «славянскую») семантику финских продолжений следует считать наиболее архаичной, тогда как шведскую семантику в финских Максимович предлагает считать инновацией[132].
По мнению В. В. Фомина, сравнение археологического, антропологического и нумизматического материалов свидетельствует о самых древних связях Северо-Западной Руси с Южной Балтикой, по сравнению со Скандинавией, и о самом широком присутствии в её пределах южнобалтийских славян. На ранних поселениях и городищах VIII—IX веков (Ладога, Городище, Гнёздово, Тимерёво, Псков, Городок на Ловати, Городец под Лугой, селищах Золотое Колено и Новые Дубовики, сопках на средней Мсте, Белоозере и др.) в самых ранних слоях в изобилии присутствует лепная керамика южнобалтийского типа, свидетельствующая о пришлом населении[133][134].
Важное место в концепциях антинорманистов занимают гипотезы «южного», местного, или автохтонного, происхождения этнонима русь (обычно из иранских или славянских языков)[135].
Из версий происхождения слова «русь» наиболее обоснована лингвистически «северная», западнофинская (скандинавская — из древнескандинавского языка через западнофинское посредство)[135]. Скандинавская этимология составляет современный лингвистический консенсус[136]. Гипотезы «южного», местного, или автохтонного, происхождения этнонима русь (обычно из иранских или славянских языков) занимают важное место в концепциях антинорманистов. «Южные» гипотезы весьма слабо обоснованы как лингвистически, так и исторически (предполагается существование предшествовавшего Киевской Руси государства на юге)[135].
Иранская гипотеза
Корень рос- встречается также в исторических этнонимах. Этнонимическая основа рос- (также рокс-, рас-, ракс-, ракш-, рокш- и префиксированные аорс-, аракс-, арси-) имеет иранское происхождение. Её ареал с V века до н. э. до V—VI веков н. э. охватывал Среднюю Азию, Северный Кавказ и Северное Причерноморье[35].
Существует мнение, что этноним «рос» связан со словом «русь». Эта точка зрения также берёт начало от М. В. Ломоносова. Её сторонники отмечают древность слова «рос», по их мненнию, зафиксированного в виде названия народа «ерос», упомянутого ещё в VI веке в «Церковной истории» Захарием Ритором, где он помещается по соседству с народами «людей-псов» и амазонок. Эту территорию многие авторы трактуют как Северное Причерноморье[132][137]. На этом основании народ «рос» возводят к ираноязычным (сарматским) племенам роксаланов[138] или росомонов, упоминаемых античными авторами[139].
О дославянском бытовании на юге корня рос- в 1923 году писал В. А. Брим, выдвинувший гипотезу о двойном, северном и южном, происхождении слова «Русь»[140][141].
Наиболее глубоко иранская этимология имени «русь» проработана О. Н. Трубачёвым[142]: *ruksi «белый, светлый» > *rutsi > *russi > русь; ср. с осет. рухс (иронск.) / рохс (дигорск.) «светлый». Трубачёв предложил толкование этнонима «рос», опираясь на данные южнорусской топонимики. Этноним «рос», упомянутый в Житии святого Георгия Амастридского, по его мнению, является архаизмом, поскольку идентичен названию народа ῥοῦς/ῥῶς, жившего на Азовском побережье в VI веке[143].
В советский период Д. Т. Березовец предложил отождествлять русов с населением, связанным с салтово-маяцкой культурой[144]. В новейшее время эта гипотеза развивается Е. С. Галкиной, которая отождествляет Подонье с центральной частью Русского каганата, предположительно существовавшего в IX веке. По её мнению, после разгрома этого объединения кочевыми племенами венгров в конце IX века имя «Русь» от ираноязычных русов-аланов (роксоланов) перешло к славянскому населению Среднего Поднепровья (поляне, северяне)[138]. В качестве одного из аргументов Галкина опирается на этимологию М. Ю. Брайчевского, который предложил для всех «русских» названий Днепровских порогов из сочинения Константина Багрянородного «Об управлении империей» аланскую интерпретацию (на основе осетинского языка)[145].
По мнению В. В. Седова, название «русь» восходит к иранской основе *rauka- *ruk- 'свет, белый, блестеть' и возникло в период славянско-иранского соседства в Северном Причерноморье. По его мнению, этнонимы «русы» и «русь» начали распространяться в ареале волынцевской и близкой к ней культур. Учёный он присоединился к существующему в историографии предположению о возможном независимом возникновении и последующем слиянии северного названия «ruotsi» и южного «русь» или же финском заимствовании уже устоявшегося этнонима, впоследствии перенесённом на скандинавов[146].
Псевдоистория
Почти все авторы псевдоисторических работ, идеи которых связаны с русским национализмом, разделяют какую-либо форму антинорманизма. Антинорманизм также распространён во взглядах украинских националистов[147].
Юрий Миролюбов, русский эмигрант, издатель и комментатор «Велесовой книги», а также её наиболее вероятный автор-фальсификатор, отождествлял русов со скифами, сарматами и фракийцами, писал, что они обитали в Алазанской долине в Грузии, а варяги имеют западнославянское происхождение[148].
Отрывок из Житиий Мефодия и Константина, в монашестве Кирилла с упоминанием, что в Херсоне Константину удалось найти «Евангелие и Псалтирь рѹсьскыми письмены писана», дал возможность для гипотезы священнослужителя Стефана Ляшевского о существовании письменности до 861 года у русских. Ляшевский считал, что прямые предки русских — сарматы-роксоланы, жившие в Крыму, говорили на языке «Бравлинского Евангелия», Псалтири («Бравлинское Евангелие» ― название данное Евангелию, упоминаемому в отрывке) и «Влесовой летописи»; Кирилл учился по перечисленным книгам, а затем дополнил рѹсскую 24-х буквенную азбуку ещё 16 буквами, таким образом создал церковно-славянскую азбуку[149].
Идея «доваряжской Руси» отражена в романе советского писателя В. Д. Иванова (участника националистического «Русского клуба») «Русь изначальная» (1955—1967), повествующем о «русичах» VI века. Сюжет экранизирован в 1985 году. В фильме русичи противостоят хазарам (также анахронизм). Советский писатель В. А. Чивилихин, сторонник идеи «арийского» происхождения славян, в романе «Память» (1978—1984) писал, что «варяги-русь» были славянами и относил возникновение славянской государственности к глубокой древности[150].
Лев Силенко, автор учения об «орианах-украинцах» («арийцах-украинцах»), создателях самой древней и могущественной цивилизации, а также основатель украинского неоязыческого движения «РУН-вера», писал о губительности христианства для «древней украинской культуры» и рассматривал летописное сказание о призвании варягов как вымысел христианских монахов[151].
Один из основателей русского неоязычества Валерий Емельянов писал о Западной Руси, или Рутении, которая, по его словам, располагалась на землях Ольденбурга и Мекленбурга в Западной Германии, и из которой происходили варяги со своим князем Рюриком. Западная Русь, согласно Емельянову, рано подверглась «растлевающему влиянию» иудаизма, который выкорчёвывал «арийскую идеологию» на протяжении нескольких веков[152].
Деятель русского неоязычества А. М. Иванов (Скуратов) отстаивал идею западнославянского происхождении Рюрика и славянского происхождения названия «Русь»[153]. Ю. Д. Петухов, автор псевдоисторических работ, критиковал норманизм за его «обслуживание политических интересов»[154]. Неоязыческий деятель А. К. Белов (Селидор) считал своими предками летописных варягов, считая их выходцами из балто-славянского населения[155]. Он отождествлял такие группы как руги, россы, росомоны, этруски, руяне и варяги и утверждал, что все они выросли из мощного праславянского суперэтноса; русь он считал более ранним образованием, чем славяне[156].
Неоязыческий автор А. И. Асов, один из переводчиков и популяризаторов «Велесовой книги» (сочинения, выдаваемого за текст IX века, но признанного научным сообществом фальсификатом XX века), писал о намеренном внедрении в общественное сознание сочиненной немцами норманнской теории[157]. Писатель В. В. Головачёв относил норманизм к числу «лживых исторических концепций», навязанных «иноземными учёными», а Русь выводил напрямую от Гипербореи[158].
![](http://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/f/f9/Prof_Kljosov.jpg/160px-Prof_Kljosov.jpg)
Биохимик А. А. Клёсов, создавший псевдонауку[159][160][161] ДНК-генеалогия, согласно которой славяне имеют «арийское» происхождение[162], активно отстаивает позиции антинорманизма. Клёсовым было введено понятие «научный патриотизм», суть которого заключается в защите от того, что автор считает попытками своих оппонентов умалить значимость русских и вообще славян в научных исследованиях. Проявлением «научного патриотизма», по его мнению, является, в частности, антинорманизм: «ДНК-генеалогия резко сдвигает баланс в сторону научного патриотизма, показывает, что норманизм — это фантом, это просто мировоззрение, русофобство по своей сути…»[163].
В 2012 году сатирик М. Н. Задорнов, сторонник псевдоисторических и неоязыческих идей[164], выпустил псевдоисторический фильм «Рюрик. Потерянная быль», в 2015 году — его продолжение «Вещий Олег. Обретённая быль». В фильмах утверждается, что Русь и Рюрик имеют исключительно славянское происхождение, а варяги были «русыми солеварами»[165][166].
Критика
Полемика по поводу этнической принадлежности первых русских князей была названа историком В. О. Ключевским «симптомом общественной патологии»[8].
Ломоносов прилагал усилия, чтобы обнаружить «дальную древность славенского народа». Ломоносов был последователем «сарматской теории» происхождения славян. «Дальная древность» и сарматская теория требовались для обоснования имперских исторических претензий. В широком расселении славян в Европе Ломоносов усматривал грядущие границы Российской империи[28]. По причине слабой методической базы уже в период своего развития славянская школа подвергалась существенной критике и с XIX века в рамках науки стала лишь историографическим наследием[167]. В методологическом плане эти идеи не соответствуют современной науке. Вместе с тем они ставили новые проблемы и открывали новые направления исследований. Однако последователи первых представителей этого направления постепенно отходили всё дальше от магистрального пути развития науки, опираясь на этноцентристские идеи[50].
Досоветский антинорманизм, созданный М. В. Ломоносовым и развитый С. А. Гедеоновым, подвергся резкой критике современниками как не соответствующий научному уровню того времени[168]. Вместе с тем в рецензиях отмечалась продуктивность критики норманизма Гедеоновым. Она вызвала оживление исследований русско-скандинавских отношений «норманистами»[169]. Представление о возможности создания государства одним лицом или группой лиц разделялось исследователями с XVIII вплоть до первых десятилетиях XX века. Этот подход стал причиной подмены проблемы происхождения государства вопросом происхождения его названия. В связи с этим за признанием скандинавской этимологии названия Русского государства следовало утверждение приоритета скандинавов при его формировании, за признанием славянской этимологии — соответственно утверждение приоритета славян[30].
Лингвист Е. А. Мельникова отмечает, что выведение имени Рюрик из поморско-славянского слова «rerig» («сокол») лингвистически невероятно[170]. Лингвист С. Л. Николаев пишет, что полабско-ободритское *rorög, *ræreg и имя Рюрик являются не более чем созвучиями, и называет утверждения об их связи околонаучными спекуляциями. Переселение полабско-одерских славян на территорию Руси не засвидетельствовано; в древнерусском языке имя князя-переселенца, если бы он был ободритом или рюгенцем, имело бы форму *Рярегъ или *Рарюгъ[171].
Советский антинорманизм подвергается критике как номенклатурная наука, этимологии, предлагаемые антинорманистами (связь между словами «Пруссия» и «Русь», «варяги» и «вагры» и др.), — как кабинетная или народная этимология, то есть не имеющая опоры на корректный лингвистический анализ[172][173]. И. П. Шаскольский считал, что антинорманизм подобного рода использует устаревшую аргументацию и игнорирует достижения современной науки[33]. Д. А. Авдусин отметил связь его распространения в 1940—1950-е годы с общественно-политической ситуацией в СССР, борьбой против «космополитизма»[34].
Доказательства гипотезы автохтонного (среднеднепровского) происхождении названия «русь» сводятся к общим соображениям о существовании в Среднем Поднепровье Русского государства на рубеже VIII—IX вв. или раньше при отсутствии здесь скандинавских древностей[35]. Одна из гипотез автохтонного происхождения этнонима русь выводит его из гидронима Рось (др.-рус. Ръсь), названия правого притока Днепра в Среднем Поднепровье, южнее Киева[135]. Эту гипотезу разделял, в частности, академик Б. А. Рыбаков[174]. Исходный гидроним, Ръсь засвидетельствован в «Повести временных лет». Он может восходить к индоевропейскому ros- — «вода, влага», и на основании различных вариантов этого названия оно может быть отнесено к гидронимам позднеславянского периода[135]. Лингвистический анализ позволяет отвергнуть возможность происхождения слова русь от названия реки Рось. В древнерусском языке слово выглядело как Ръсь (ъ в корне этого слова означает сверхкраткий — редуцированный — гласный звук заднего ряда среднего подъёма), косвенные падежи — на Рси, по Рьси (редуцированный закономерно выпадает) и др. Жители берегов реки Рось именовались в летописных текстах не «русь» или «россичи» и т. п., а поршане. Таким образом, в Х веке в названии Ръсь присутствовал краткий глухой гласный ъ, который прояснился в о (будучи в сильной позиции) только в XII веке (ср.: търгъ > торгъ, вълкъ > волкъ и др.)[135][175]. Ср.: название города и реки Ръша в Ипатьевской летописи — современные город Орша и река Оршица[135]. Этимологически общеславянский ъ восходит к индоевропейскому u, тогда как ӯ (в слове русь) могло развиться только из индоевропейского дифтонга *au или *ou. Таким образом, корни ръс- (> рос-) и рус- независимы один от другого[176][175].
Антинорманизм А. Г. Кузьмина и его последователей, помимо использования некорректной этимологии, критикуется за смешение западных славян с поморскими и немногочисленность следов поморских славян в археологическом материале, а также за сужение исследовательского пространства, которое сводится к тем же народно-этимологическим и «этническим» вопросам, что и в антинорманизме XIX века[172][177]. В синхронных источниках слово «rusci» к жителям острова Рюгена не применяется. Автор X века, совместно с руянами участвовавший в военном походе 955 года, называет их вполне по-славянски ruani[178].
В 1950—1960-е годы историческая наука обратила внимание на принципиальное различие и независимость вопросов этимологии названия (преимущественно лингвистической проблемы) и образования государства (исторической проблемы), которые не могут подменять друг друга[35].
В. Я. Петрухин писал о новом антинорманизме во главе с А. Н. Сахаровым:
Развитие направления, порывающего с антинорманистскими стереотипами номенклатурной науки и опирающегося на междисциплинарное исследование и углубленное понимание источников, не могло не вызвать раздражения пребывающих у власти адептов этих стереотипов. В этой среде были сделаны попытки реанимации донаучных стереотипов в духе средневекового «Сказания о князьях Владимирских», возводящих Рюрика к родичу самого Августа Прусу, кабинетных этимологий М. В. Ломоносова и С. А. Гедеонова, соотносящих Пруссию и Русь, вагров и варягов и т. п.: в основе «методики» этих опусов, естественно, оказывается не «образ мира», а «образ врага»… Полемика новых «антинорманистов» с оппонентами сводилась к попыткам ошельмовать их и к использованию традиционных номенклатурных методов[14].
В. В. Фомин, в частности, утверждает, что немецкий дипломат Сигизмунд фон Герберштейн, который первым отождествил варягов с западнославянским племенем вагров, в январе-апреле 1516 года посетив историческую область Вагрию, беседовал с ваграми и получил от них подлинные сведения об их истории[179]. Вагры были истреблены или ассимилированы немцами значительно раньше времени Герберштейна. В самом тексте Герберштейна эпизода о беседе с ваграми нет, напротив, дипломат отмечает: «про варягов никто не мог сообщить мне ничего определённого, помимо их имени». Далее Герберштейн писал, что отождествление вагров и варягов является его собственным предположением: «как полагают, Балтийское море и получило название от этой Вагрии», а вагры «имели общие с русскими язык, обычаи и веру, то, по моему мнению, русским естественно было призвать себе государями вагров, иначе говоря, варягов, а не уступать власть чужеземцам, отличавшимся от них и верой, и обычаями, и языком»[44].
Фомин приписывает немецкому космографу Себастьяну Мюнстеру первое упоминание о варяге Рюрике в иностранных источниках, но ссылается при этом на базельское издание его «Космографии» 1628 года, дополнения в которое вносились редакторами текста под влиянием «Записок о Московии» Герберштейна[180][181]. У Мюнстера (1489—1552) в прижизненных изданиях «Космографии» 1544 и 1550 годов[182] нет ни варяжской темы, ни сюжета о ваграх[180].
Мельникова отмечает, что отождествление «варягов» и «вагров» является примером народной этимологии, то есть не соответствует данным и принципам лингвистики, кроме того, противоречит указаниям археологических и ранних письменных источников на варягов как выходцев из Скандинавии[172][183]. Того же мнения придерживаются Т. Н. Джаксон[173], Л. С. Клейн[184] и другие учёные. Клейн отмечает, что «Повесть временных лет», не аутентична IX—X векам, но всё же дошла в списках XIII—XIV веков и основана на оригиналах XI века. Учёные многое в ней ставят под сомнение (отдельные даты, детали сообщений), но её основная канва признается достоверной, тогда как в поздних генеалогиях, которые используют сторонники западнославянской версии, вовсе нет доказательств подлинности.
Керамика, которая известна у западных славян — фельдбергская и фрезендорфская, торновская, гроссраденская и типа Таттинг — действительно имеет подобия в северорусском материале, как и строительная техника валов, технология судостроительства, при малом количестве железных заклёпок или вовсе без них, тогда как у скандинавов их большое количество. Однако данная керамика не распространялась на территории вагров, с которой связывают варягов сторонники западнославянской гипотезы[185].
Концепция лингвистических влияний западнославянского языка на речь новгородцев, которые предполагал лингвист А. А. Зализняк в 1988 году, была подвергнута критике О. Н. Трубачевым, В. Б. Крысько и Х. Шустер-Шевцем, поскольку те же архаизмы имеются и у балканских славян и в некоторых других регионах, и в дальнейшем не поддержана самим Зализняком. Кроме того, если бы указанная керамика и диалектные влияния были маркерами варягов, эти маркеры имелись бы уже в IX веке в Смоленске, Киеве и Чернигове[185].
Фомин и Сахаров утверждали, что В. Л. Янин и В. В. Седов «доказали три миграционных потока из западнославянского мира — из Южной Балтики, из Польши и с Карпат (Сахаров), в VIII веке, в середине IX и в середине X». Это утверждение не соответствует действительности. Археологи Янин и Алешковский опирались только на лингвистические наблюдения и не приводили археологических данных. Гипотеза Седова опирается на данные письменных источников и археологический материал не прорабатывала. Другие археологи её не приняли. Кроме того, Седов писал о середине 1-го тысячелетия н. э. Привязки к варягам эти предполагаемые миграции не имеют. Тогда как передвижение населения из Скандинавии фиксируется по сотням археологических артефактов именно IX—X веков[184].
По мнению Л. С. Клейна, в плане научных доказательств западные славяне в качестве варягов не имеют никаких преимуществ перед другими народами, кроме того обстоятельства, что они являются «братьями-славянами», и сторонники западнославянской версии выбирают их из ложно понятого чувства патриотизма, как властителей, подчиняться которым и начинать историю с которых «не унизительно», в отличие от инородных скандинавов[186].
Петрухин называет статьи Сборника Русского исторического общества «Антинорманизм» (2003), посвящённые данной теме, эпигонскими сочинениями относительно традиционного антинорманизма, в которых предпринимаются попытки осуществить подмену исторического анализа старыми гипотетическими этимологиями названий «русь» и «варяги», конструкциями в русле «Русского каганата», являющегося вариантом Приазовской Руси Иловайского и др.[94]
В ранних русских источниках варяги являются собирательным обозначением скандинавских народов или выходцев из Скандинавии на Руси[22].
О скандинавском происхождении народа русь и варягов свидетельствуют различные иностранные письменные источники, данные археологии и языка. Предметы скандинавского происхождения найдены во всех древнерусских торгово-ремесленных поселениях (Ладога, Тимерево, Гнёздово, Шестовица и др.) и ранних городах (Новгород, Псков, Киев, Чернигов). Более 1200 скандинавских предметов вооружения, украшений, амулетов и предметов быта, а также орудий труда и инструментов VIII—XI веков происходит примерно из 70 археологических памятников Древней Руси. Известно около 100 находок граффити в виде отдельных скандинавских рунических знаков и надписей[187]. Раскопки в Рюриковом Городище под Новгородом под руководством Е. Н. Носова с 1975 года, давшие большое число скандинавских артефактов, а также в Старой Ладоге, согласно ряду летописей, первой резиденции Рюрика, под руководством А. Н. Кирпичникова с 1984 года, а также раскопки на Украине и в Белоруссии, выявили следы скандинавского заселения, начавшегося в IX—X веках и продолжавшегося около двух столетий. Среди наиболее важных свидетельств скандинавского присутствия в Восточной Европе — женские костюмы, некрополи нормандского типа, амулеты с руническими надписями, скандинавские идолы, которые являются показателями ремесла и религиозных практик. Интенсификация скандинавских артефактов в археологических памятниках северной Руси приходится на вторую половину IX века, что соответствует времени летописного призвания варягов на Русь и началу династии Рюриковичей. Археологические данные свидетельствуют о высоком положении варягов в автохтонном обществе. Культура скандинавской элиты привлекала местное население: наблюдается сложный процесс ассимиляции скандинавов в славянские и финские общества и формирование нового этноса. В свою очередь, следы контактов со славянскими племенами Балтийского моря незначительны, они оказали небольшое влияние на производство керамики[16].
Ряд северогерманских (древнескандинавских) слов вошли в древнерусский язык в эпоху викингов. Оценки количества этих заимствований различны у разных авторов, от более чем 100 слов (Форссман)[188][189] до 34 (Кипарский)[188][190] и 30 (Струминский)[188][191], включая личные имена. Согласно наиболее критическому и консервативному анализу, общеупотребительные древнескандинавские заимствования включают кнут, сельдь, шёлк, ящик, а также русь, варяг, стяг, витязь (от викинг). Многие относятся к особой сфере употребления и перестали широко использоваться к XIII веку, например, берковец (от *birkisk, 'Бирка / бирковый фунт', единица измерения массы, около 164 кг), голбец (от gulf, 'ящик' 'сарай'), гридь (от griði, grimaðr, 'телохранитель конунга'), ларь (от *lári, lárr, 'сундук', 'ствол'), пуд (от pund, единица измерения массы), скала (от skál), тиун (thiónn, управляющий), ябеда (от embætti, 'чиновник')[188]. Древнескандинавское происхождение имеют имена (древнескандинавский вариант приведён в скобках): Аскольд (Hǫðskuldr, Hǫskuldr), Глеб (Guðleifr), Дир (Dýri), Игорь (Ingvarr), Ингварь (от того же Ingvarr), Олег (Hélgi), Ольга (Helga), Рогволод (Ragnvaldr, Rögnvaldr), Рогнеда (Ragnheiđr, Ragnhildr или *Rоgnêd), Рюрик (Hrœrekr или Rȳrik), Синеус, Трувор (Signjótr, Þórvar[ð]r), Тур (Þórir), Улеб (Ǫleifr, Олаф), Якун (Акун) (Hákon) и др.[192]. Большинство послов «от русского рода», перечисленных в русско-византийских договорах 911 и 944 годов, имеют отчётливо скандинавские имена[193].
Из версий происхождения слова «русь» наиболее обоснована лингвистически «северная», западнофинская (скандинавская — из древнескандинавского языка через западнофинское посредство)[135]. Скандинавская этимология составляет современный лингвистический консенсус[136]. «Южные» гипотезы весьма слабо обоснованы как лингвистически, так и исторически (предполагается существование предшествовавшего Киевской Руси государства на юге)[135]. По словам А. А. Зализняка, современный научный консенсус состоит в том, что вне зависимости конкретной истории слова «русь», вначале оно обозначало только норманнов и пришло в русский язык из древнескандинавского языка (др.-сканд. rōþr «гребец» и «поход на гребных судах», трансформировавшееся через фин. ruotsi «шведский, швед» в др.-рус. рѹсь[6][194][171]), а затем постепенно с норманнской элиты стало «скользить» на весь народ Древней Руси[195][171].
Историк Ф. Дональд Логан[англ.] писал:
Споры о природе русов и происхождении Русского государства мешают изучению викингов, и даже самой русской истории, уже более века. Исторически достоверно, что русы были шведами. Доказательства бесспорны, и то, что споры все ещё продолжаются на некоторых уровнях историографии, является явным свидетельством удерживающей силы принятых представлений. Споры по этому вопросу — бесполезные, ожесточенные, тенденциозные, доктринёрские — послужили затемнению серьёзной и реальной исторической проблемы, которая остаётся неразрешённой: ассимиляция этих викингов-русов славянским населением, среди которого они жили. Главный исторический вопрос состоит не в том, были ли русы скандинавами или славянами, а в том, насколько быстро эти скандинавские русы влились в славянскую жизнь и культуру… в 839 году русы были шведами; в 1043 году русы были славянами[196].
По мнению историка и археолога Л. С. Клейна, «норманская теория», «норманизм» никогда не существовал как научная концепция, тогда как антинорманизм существует, но представляет собой, прежде всего, идеологическую платформу, основанную на комплексе неполноценности. Антинорманизм характерен именно для России. Хотя норманны в Средние века захватили значительные территории в Англии, Франции, совершали набеги на Германию, Испанию и Византию, однако ни французы, ни англичане не отрицают этих фактов. Борьба антинорманизма с «норманизмом» — это не критика некой теории, а спор о фактах[77]. Клейн писал: «Антинорманизм как научная концепция давно мертв. Антинорманизм как позиция будет возрождаться не однажды»[197]. По мнению историков Вероника Газо[фр.] и А. Е. Мусина, «норманизм это не теория: он существует как воображаемый конструкт антинорманнистов. Антинорманисты, не колеблясь, приписывают норманистам надуманные идеи, вроде того, что славяне не смогли бы сами создать государство, или что германцы должны руководить, а славяне подчиняться и т. д.»[16].
Касаясь лингвистических сопоставлений, которые антинорманисты производят по простому созвучию, Клейн писал: «Для ранних антинорманистов, которых так любят доставать из забвения современные антинорманисты, все это было возможно, нормально, научно (и впрямь почти на уровне науки того времени). Но с тех пор лингвистика выработала множество законов, с которыми приходится считаться при сопоставлениях. Не считаться с ними — сугубый дилетантизм, какими бы титулами авторов это ни было украшено»[103].
По мнению Газо и Мусина, антинорманизм с его противоречащей совокупности исторических источников идеей славянской принадлежности варягов «выступает как форма расизма, даже как расовая теория»[16].
В новейшее время в контексте цивилизационного подхода в истории и теорий этнокультурных взаимодействий противостояние «норманистов» и «антинорманистов» в значительной мере утратило научный смысл. Становление государственности рассматривается как длительный процесс углубления стратификации общества, завершающийся политогенезом под воздействием комплекса различных факторов[6].
См. также
Примечания
- ↑ 1 2 Клейн, 2009, Антинорманизм в сборнике РИО; Melnikova, 2013; Gazeau, Musin, 2010; Lane, 2005.
- ↑ БРЭ, 2006, с. 621—622; Клейн, 1999, с. 93; Gazeau, Musin, 2010.
- ↑ А. Г. Кузьмин, В. В. Фомин.
- ↑ В. Н. Татищев, И. Н. Болтин.
- ↑ М. В. Ломоносов.
- ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 БРЭ, 2006, с. 621—622.
- ↑ 1 2 Петрухин, 2014, с. 137.
- ↑ 1 2 3 Савельева, Полетаев, 2006, с. 25.
- ↑ Шнирельман, 2015, том 1, с. 100, 102.
- ↑ Забелин, 1908, с. 38.
- ↑ Платонов, 1917, с. 66.
- ↑ Мельникова, 2011, Мельникова Е. А., Петрухин В. Я. Название «русь» в этнокультурной истории Древнерусского государства (IX—X вв.), с. 134.
- ↑ 1 2 Britannica — History of Russia; Клейн, 2009, Антинорманизм в сборнике РИО; Шнирельман, 1995, с. 3—13.
- ↑ 1 2 3 Мельникова, 2011, Петрухин В. Я. Древняя Русь и Скандинавия в трудах Е. А. Мельниковой, с. 10.
- ↑ Курилла. Зачем фальсифицируют историю.
- ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 Gazeau, Musin, 2010.
- ↑ Клейн, 2014, с. 652—653.
- ↑ Петрухин, 2014, с. 19; Шнирельман, 2015, том 1, с. 132, 165, 138, 223—224, 257, 289, 362—366, 384, 389, 405—406; Шнирельман, 2015, том 2, с. 41, 43—44, 158—159, 164, 192.
- ↑ Шнирельман, 2015, том 1, с. 132, 165, 138, 223—224, 257, 289, 362—366, 384, 389, 405—406; Шнирельман, 2015, том 2, с. 41, 43—44, 158—159, 164, 192.
- ↑ Britannica — Rus; БРЭ, 2006, с. 621—622.
- ↑ Britannica — History of Russia; Britannica — Rus; Gazeau, Musin, 2010; БРЭ — Древнерусское государство, 2004, с. 265—271; Горский, 2004.
- ↑ 1 2 3 Britannica — History of Russia; Britannica — Oleg; Britannica — Rus; Britannica — Viking people; Gazeau, Musin, 2010; Фасмер — Варяг, 1986—1987; БРЭ — Древнерусское государство, 2004, с. 265—271; БРЭ, 2006, с. 621—622; Мурашёва, 2009; Мельникова, 2011, Скандинавы на Руси и в Византии в X—XI веках : к истории названия «варяг», с. 153—171; Петрухин, 2014, passim; Николаев, 2012, с. 398—430; Мельникова, 2023.
- ↑ Britannica — History of Russia; Britannica — Rus; Britannica — Viking people; БРЭ, 2006, с. 621—622; БРЭ — Древнерусское государство, 2004, с. 265—271; Logan, 2005, p. 184; Николаев, 2012, с. 398—430; Мельникова, Петрухин, 1989, с. 24—38.
- ↑ БРЭ, 2006, с. 621—622; Duczko, 2004; Melnikova, 2003, pp. 454—465; Shepard, 2016, pp. 384—405; Мурашёва, 1997, с. 8—11.
- ↑ Britannica — History of Russia; Britannica — Oleg; БРЭ, 2006, с. 621—622; БРЭ — Древнерусское государство, 2004, с. 265—271; Мурашёва, 1997, с. 8—11; Николаев, 2012, с. 398—430.
- ↑ Britannica — History of Russia; Britannica — Rus; Duczko, 2004; Forssman, 1983, pp. 24—27, 75—99; Franklin, Shepard, 1996, pp. 38—39; Gazeau, Musin, 2010; Shepard, 2016, pp. 384—405; The Nordic Languages, 2002, pp. 1041—1044; БРЭ, 2006, с. 621—622; БРЭ — Древнерусское государство, 2004, с. 265—271; Мурашёва, 1997, с. 8—11; Николаев, 2012, с. 398—430; Петрухин, 2014, passim; Щавелев, 2024.
- ↑ БРЭ — Древнерусское государство, 2004, с. 265—271.
- ↑ 1 2 Петрухин, 2014, с. 23.
- ↑ Мельникова, 2011, Скандинавы в процессах образования Древнерусского государства, с. 50—51.
- ↑ 1 2 Мельникова, 2011, Мельникова Е. А., Петрухин В. Я. Название «русь» в этнокультурной истории Древнерусского государства (IX—X вв.), с. 133.
- ↑ Петрухин, 2014, с. 212.
- ↑ Петрухин, 2014, с. 182.
- ↑ 1 2 Шаскольский И. П. Антинорманизм и его судьбы // Генезис и развитие феодализма в России. Л., 1983. С. 35—51.
- ↑ 1 2 Авдусин Д. А. Современный антинорманизм // Вопросы истории. 1988. № 7. С. 23—34.
- ↑ 1 2 3 4 5 6 Мельникова, 2011.
- ↑ Янин В. Л., Попова Л. М., Щавелева Н. И. Предисловие к Великопольской хронике Архивная копия от 5 октября 2011 на Wayback Machine // Великая хроника о Польше, Руси и их соседях. М., 1987.
- ↑ Сборник. Россия XV—XVII вв. глазами иностранцев. Л. 1986. С. 34.
- ↑ 1 2 Акт научной экспертизы Института Российской Истории РАН от 16.12.2008. «О времени появления имени „Русь“ (Руса) в Южном Приильменье» Архивная копия от 1 февраля 2014 на Wayback Machine.
- ↑ Водолазкин Е. Г. Краткая Хронографическая Палея (текст). Вып. 1 // Труды отдела древнерусской литературы. Т. 57. СПб.: Дмитрий Буланин, 2006. С. 899.
- ↑ 1 2 3 Петрухин, 2014.
- ↑ Софийская первая летопись — Полное собрание русских летописей. Т. 5, вып. 1. С. 11; Полное собрание русских летописей. Т. 6, вып. 1. Стб. 14.
- ↑ Мельникова, 2011, Скандинавы на Руси и в Византии в X—XI веках : к истории названия «варяг», с. 153—171.
- ↑ Гиляров Ф. Предания русской начальной летописи. М., 1878. С. 116.
- ↑ 1 2 Сигизмунд Герберштейн. Записки о Московии Архивная копия от 15 января 2019 на Wayback Machine / пер. А. В. Назаренко. М.: МГУ. 1988.
- ↑ Петрухин, 2014, с. 20.
- ↑ Ипатьевская летопись : [арх. 26 сентября 2022] // Излучение плазмы — Исламский фронт спасения [Электронный ресурс]. — 2008. — С. 586. — (Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов ; 2004—2017, т. 11). — ISBN 978-5-85270-342-2.
- ↑ Ипатьевская летопись // Полное собрание русских летописей. Т. 2. М., 1998. Приложения. Разночтения по Ермолаевскому списку. С. 81.
- ↑ 1 2 Шнирельман, 2015, том 1, с. 100.
- ↑ Васильев, 2014, с. 141.
- ↑ 1 2 Шнирельман, 2015, том 1, с. 102.
- ↑ История России / А. С. Орлов, В. А. Георгиев, Н. Г. Георгиева, Т. А. Сивохина. М. : Проспект, 2010.
- ↑ Лотман Ю. М. «Слово о полку Игореве» и литературная традиция XVIII — начала XIX в. // Слово о полку Игореве — памятник XII века / Отв. ред. Д. С. Лихачёв; АН СССР. Институт русской литературы (Пушкинский Дом). — М.; Л.: Издательство АН СССР, 1962. — С. 401—402. Архивировано 16 декабря 2021 года.
- ↑ Соловьёв С. М. Мои записки Архивная копия от 4 декабря 2019 на Wayback Machine. С. 60.
- ↑ Гедеонов С. А. Варяги и Русь. СПб., 1876. Т. I—II (переиздание с предисл. и коммент. В. В. Фомина. М., 2004).
- ↑ Погодин М. П. Древняя русская история до монгольского ига Архивная копия от 25 января 2017 на Wayback Machine: Т. 1—3. — М., 1871.
- ↑ Иловайский Д. И. Разыскания о начале Руси. Вместо введения в русскую историю. М., 2015. Ипатьевская летопись // ПСРЛ. Т. 2. М. : Языки русской культуры, 1998.
- ↑ Шахматов А. А. Сказание о призвании варягов: (Посвящается памяти А. Н. Пыпина) // Известия Отделения русского языка и словесности Императорской Академии наук. — СПб., 1904. — Т. IX, Кн. 4 — С. 284—365.
- ↑ Изгнание норманнов, 2010, Кузьмин А. Г. Тайны рождения русского народа, с. 145.
- ↑ Цукерман К. Наблюдения над сложением древнейших источников летописи Архивная копия от 28 августа 2021 на Wayback Machine // Борисоглебский сборник / Под ред. К. Цукермана. Paris, 2009. Вып. 1. С. 185—305.
- ↑ Sedov V. V. O migrací Slovanů ze středního Podunaji do východní Evropy // Velká Morava mezi východem a západem. Brno: Archeologický ústav AV ČR, 2001 p. 339—347
- ↑ Ширинский С. С. Археологические параллели к истории христианства на Руси и в Великой Моравии // Славяне и Русь: Проблемы и идеи: Концепции, рождённые трехвековой полемикой, в хрестоматийном изложении / Сост. А. Г. Кузьмин. 2-е изд., М., 1999. С. 393—394).
- ↑ Достал Б.[чеш.] Некоторые общие проблемы археологии Древней Руси и Великой Моравии // сборник статей «Древняя Русь и славяне Архивная копия от 1 ноября 2021 на Wayback Machine». — М.: Наука, 1978. С. 82—84.
- ↑ Бiбiков Д. В. Релiгiйна належнiсть давньоруських камерних поховань Архивная копия от 26 сентября 2021 на Wayback Machine // Археологія, 2020, № 1. С. 69
- ↑ 1 2 Петрухин, 2014, с. 138.
- ↑ Мавродин В. В. Борьба с норманизмом в русской исторической науке Архивная копия от 18 мая 2008 на Wayback Machine. Л. : Всесоюзное общество по распространению политических и научных знаний. 1949.
- ↑ Ловмяньский X. Русь и норманны. М., 1985. С. 163—165.
- ↑ Досталь, 2009, с. 247.
- ↑ Клейн, 1999, с. 93.
- ↑ Рыбаков Б. А. Киевская Русь и русские княжества XII—XIII вв. М.: Наука, 1993.
- ↑ Рыбаков Б. А. Рождение Руси. М., 2012
- ↑ Шнирельман, 2015, том 1, с. 191—194.
- ↑ Шинаков Е. А. Образование Древнерусского государства: сравнительно-исторический аспект. — Брянск: Изд-во БГУ, 2002. — С. 303, прим. 41.
- ↑ Янин В. Л. Русь на Волхове // Родина. — 1999. — № 8. — С. 22—23.
- ↑ Новосельцев А. П. «Мир истории» или миф истории? // Вопросы истории. — 1993. — № 1. — С. 22—31. Архивировано 22 февраля 2014 года.
- ↑ Клейн, 2010, с. 143.
- ↑ Материалы дискуссии опубликованы в книге «Спор о варягах»
- ↑ 1 2 Клейн, 2010, с. 136—138.
- ↑ 1 2 Клейн, 1999.
- ↑ Лихачёв Д. С. Великое наследие // Лихачёв Д. С. Избранные работы в трех томах. Т. 2. Л. : Худож. лит., 1987. Архивная копия от 9 ноября 2009 на Wayback Machine.
- ↑ Тихомиров М. Н. Происхождение названий «Русь» и «Русская земля» // СЭ. 1947. № 6—7; Толочко П. П. Древняя Русь. Киев, 1987. С. 31—33.
- ↑ Седов В. В. Древнерусская народность. Историко-археологическое исследование. М., Языки русской культуры, 1999. С. 67. Автор признаёт версию О. Н. Трубачёва наиболее обоснованной.
- ↑ Березовец Д. Т. «Об имени носителей салтовской культуры» // Археологія: Сборник. Т. XXIV. Киів, 1970. Автор предположил, что русы восточных источников — это ираноязычные носители лесостепного варианта салтовско-маяцкой культуры. Большинство сторонников норманизма и антинорманизма эту версию в те годы не поддержали.
- ↑ Артамонов М. И. История хазар. 2-е изд. СПб., 2002. С. 297—301.
- ↑ 1 2 Кузьмин А. Г. «Варяги» и «Русь» на Балтийском море. Архивная копия от 24 декабря 2013 на Wayback Machine // Вопросы истории. 1970. № 10. С. 28—55.
- ↑ Клейн, 2014, с. 651.
- ↑ Кузьмин А. Г. Об этнической природе варягов (к постановке проблемы) // Вопросы истории. 1974. № 11. С. 54—83.
- ↑ Королёв А. С. О причинах начала эволюции выводов А. Г. Кузьмина по проблеме происхождения имени и народа русов // Земля и власть в истории России / Сборник научных статей участников Всероссийской научной конференции памяти профессоров А. Г. Кузьмина, В. Г. Тюкавкина и Э. М. Щагина. Под общей редакцией А. В. Лубкова. 2020. С. 40—56.
- ↑ Шаскольский И. П. Антинорманизм и его судьбы // Проблемы отечественной и всеобщей истории. Вып. 7. Генезис и развитие феодализма в России. Проблемы историографии. Л., 1983. C. 51.
- ↑ Шелухін С. Звідкіля походить Русь. Теорія кельтського походження Київської Русі з Франції. З орієнтовною картою. Прага, 1929.
- ↑ 1 2 Королёв А. С. Аполлон Григорьевич Кузьмин (1928—2004) // Палеоросия. Древняя Русь во времени, в личностях, в идеях, 1 (9) / 2018. С. 7—66.
- ↑ Атанов П. А. Кельтская этимология термина «Русь» в статье О. И. Прицака «Происхождение названия rus/rus'» Архивная копия от 31 октября 2021 на Wayback Machine // Труды исторического факультета СПбГУ. 2013. № 12. С. 175—194.
- ↑ Мельникова, 2011, Петрухин В. Я. Древняя Русь и Скандинавия в трудах Е. А. Мельниковой, с. 9.
- ↑ Shepard, 2016, p. 387.
- ↑ 1 2 Петрухин, 2014, с. 141.
- ↑ Raffensperger, 2014, pp. 853—854, 858.
- ↑ Plokhy, 2006, pp. 11—12.
- ↑ Сборник РИО «Антинорманизм», 2003; рецензия: Котляр, 2007.
- ↑ 1 2 3 Фомин В. В. Варяги и варяжская русь: К итогам дискуссии по варяжскому вопросу / Рецензенты: член-корр. РАН А. Н. Сахаров, д-р ист. наук Г. В. Талина; Институт российской истории РАН. — М.: Русская панорама, 2005. — 488 с. — 1000 экз. — ISBN 5-93165-132-2. (в пер.)
- ↑ Melnikova, 2013, pp. 42—52.
- ↑ Сборник РИО «Антинорманизм», 2003.
- ↑ 1 2 Члены Академии ДНК-генеалогии . Академия ДНК-генеалогии. Дата обращения: 8 ноября 2023. Архивировано 24 ноября 2015 года.
- ↑ Клейн Л. С. Спор о варягах. История противостояния и аргументы сторон Архивная копия от 13 июля 2011 на Wayback Machine. СПб. : Евразия, 2009. С. 201.
- ↑ 1 2 Клейн, 2009, Антинорманизм в сборнике РИО.
- ↑ Клейн Л. С. Антинорманизм как диагноз . Полит.ру (3 декабря 2010). Дата обращения: 25 декабря 2011. Архивировано 23 января 2012 года.
- ↑ 1 2 Изгнание норманнов, 2010.
- ↑ Ильина, 1955.
- ↑ Меркулов, 2005.
- ↑ Шнирельман, 2015, том 1, с. 282.
- ↑ Олег Губарев. О разборчивости ученого Архивная копия от 17 октября 2021 на Wayback Machine // Троицкий вариант — Наука. 28.08.2018.
- ↑ Международный исторический журнал «Русин» . Дата обращения: 17 октября 2021. Архивировано 30 июня 2021 года.
- ↑ Шнирельман, 2012б, с. 141.
- ↑ Олег Губарев. «Исторический формат» не вписался в формат науки Архивная копия от 14 мая 2021 на Wayback Machine. Генофонд.рф. 15.03.2015.
- ↑ Международный научный журнал «Исторический формат» . Дата обращения: 17 октября 2021. Архивировано 17 октября 2021 года.
- ↑ Istranin et Drono, 2017, pp. 35—36.
- ↑ 1 2 Повесть временных лет (Подготовка текста, перевод и комментарии О. В. Творогова) // Библиотека литературы Древней Руси / РАН. ИРЛИ; Под ред. Д. С. Лихачёва, Л. А. Дмитриева, А. А. Алексеева, Н. В. Понырко. СПб. : Наука, 1997. Т. 1 : XI—XII века. (Ипатьевский список «Повести временных лет» на языке оригинала и с синхронным переводом). Электронная версия издания Архивная копия от 5 августа 2021 на Wayback Machine, публикация Института русской литературы (Пушкинский Дом) РАН.
- ↑ Древняя российская история от начала российского народа до кончины великого князя Ярослава Первого или до 1054 года сочинённая Михайлом Ломоносовым, статским советником, профессором химии и членом Санкт-Петербургской императорской и Королевской шведской академий наук, Глава 8.
- ↑ Новосельцев А. П. Восточные источники о восточных славянах и руси VI—IX вв. Архивная копия от 14 апреля 2020 на Wayback Machine
- ↑ Иловайский Д. И. Начало Руси. (Разыскания о начале Руси. Вместо введения в русскую историю) Архивная копия от 29 декабря 2010 на Wayback Machine. М., 2006.
- ↑ Сага о Хаконе Добром — Круг Земной — Королевские саги — Тексты — Северная Слава . norroen.info. Дата обращения: 13 февраля 2022. Архивировано 14 февраля 2022 года.
- ↑ Рапов О. М. Знаки Рюриковичей и символ сокола.
- ↑ Седов В. В. Русский каганат IX века Архивная копия от 17 ноября 2015 на Wayback Machine // Отечественная история. № 4. 1998. С. 3—15.
- ↑ Тихомиров М. Н.Русское летописание Архивная копия от 8 декабря 2009 на Wayback Machine. М., 1979. С. 22—48.
- ↑ Словник гідронімів України. Київ, 1979. С. 351
- ↑ Трубачёв О. Н. Названия рек Правобережной Украины. М., 1968. С. 237, 262.
- ↑ Татищев В. Н. Избранные труды по географии России. М., 1950. С. 144 и 180.
- ↑ 1 2 Войтович, 2013, с. 8.
- ↑ Черных, 1944.
- ↑ Черных, 1958.
- ↑ Анохин, 1994.
- ↑ Анохин, 2000.
- ↑ Селин, 2016, с. 91.
- ↑ 1 2 Максимович К. А. Происхождение этнонима Русь в свете исторической лингвистики и древнейших письменных источников Архивная копия от 24 октября 2018 на Wayback Machine // КАNIEKION. Юбилейный сборник в честь 60-летия профессора Игоря Сергеевича Чичурова. М. : ПЕТГУ, 2006. С. 14—56.
- ↑ Фомин В. В. Летописные варяги — выходцы с берегов Южной Балтики // Фомин В. В. Варяги и Варяжская Русь : К итогам дискуссии по варяжскому вопросу. М., Русская панорама, 2005.
- ↑ Фомин В. В. Южнобалтийские славяне в истории Старой Руссы. 2010.
- ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Агеева, 1990, Раздел Южная, местная версия.
- ↑ 1 2 Щавелев, 2024.
- ↑ Трубачёв О. Н. К истокам Руси : Народ и язык. М. : Издательство Алгоритм, 2013.
- ↑ 1 2 Галкина Е. С. Тайны Русского каганата Архивная копия от 7 февраля 2009 на Wayback Machine. Вече. 2002.
- ↑ Иордан. Гетика. / Пер. и комм. Е. Ч. Скржинской. М., 2001. С. 280—282.
- ↑ Тихомиров М. Н. Происхождение названий Русь и Русская земля Архивная копия от 8 декабря 2009 на Wayback Machine.
- ↑ Верхотуров Д. Н. Рецензия на книгу А. Амальрика «Норманны и Киевская Русь» Архивная копия от 20 января 2021 на Wayback Machine. 2018.
- ↑ Трубачёв О. Н. К истокам Руси: Народ и язык Архивная копия от 9 августа 2013 на Wayback Machine. М. : Издательство Алгоритм, 2013.
- ↑ Трубачёв О. Н. Indoarica в Северном Причерноморье // Вопросы языкознания. 1981. № 2. С. 3—21.
- ↑ Березовець Д. Т. Про ім’я носіїв салтівської культури // Археологія. 1970. Т. 24. С. 59—74.
- ↑ Брайчевский М. Ю. «Русские» названия порогов у Константина Багрянородного. Архивная копия от 23 июля 2013 на Wayback Machine // Земли Южной Руси IX—XIV вв. : сборник статей. Киев, 1985. С. 19—29.
- ↑ Седов В. В. Древнерусская народность. Русы.
- ↑ Шнирельман, 2015, том 2, с. 158—159, 164, 192.
- ↑ Шнирельман, 2015, том 1, с. 138.
- ↑ Русская академическая группа в США. Записки Русской академической группы в США = Transactions of the Association of Russian-American scholars in the U.S.A. — New York : Assoc. of Russ.-Amer. scholars in the U.S.A. — Т. 10. — 1976. — 315 с. — 23 см. — ISBN 84-399-5234-1. — С. 310.
- ↑ Шнирельман, 2015, том 1, с. 223—224.
- ↑ Шнирельман, 2015, том 1, с. 132.
- ↑ Шнирельман, 2015, том 2, с. 41.
- ↑ Шнирельман, 2015, том 2, с. 43—44.
- ↑ Шнирельман, 2015, том 1, с. 384, 389.
- ↑ Шнирельман, 2015, том 1, с. 289.
- ↑ Шнирельман, 2015, том 1, с. 405—406.
- ↑ Шнирельман, 2015, том 1, с. 165.
- ↑ Шнирельман, 2015, том 1, с. 257.
- ↑ Балановский О. П. Лженаучные дискуссии Архивная копия от 20 июня 2019 на Wayback Machine // Генофонд Европы. М. : Т-во научных изданий КМК, 2015. С. 64—66.
- ↑ Клейн Л. С. Опасная ДНК-демагогия Клёсова Архивная копия от 28 мая 2015 на Wayback Machine // В защиту науки. Бюллетень № 15 / Отв. ред. Е. Б. Александров; сост. Е. Б. Александров, Ю. Н. Ефремов; Комиссия РАН по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований. М. : Наука, 2015. С. 29—49.
- ↑ Балановская Е. В., Боринская С. А., Бужилова А. П., Дубова Н. А., Дыбо А. В., Клейн Л. С., Шнирельман В. А. и др. ДНК-демагогия Анатолия Клёсова // Троицкий вариант. — 2015. — № 170. Архивировано 20 сентября 2020 года.
- ↑ Клейн Л. С. Была ли гаплогруппа R1a1 арийской и славянской? // Этногенез и археология. Т. 1. Статья III, 9. СПб. : Евразия, 2013. С. 385—396.
- ↑ Лебедев В. П. Война комментариев по делу Клесова в «Троицком варианте» . // Альманах «Лебедь», 05.02.2015.— № 730. Дата обращения: 14 февраля 2015. Архивировано 6 февраля 2015 года.
- ↑ Шнирельман, 2015, том 1, с. 362—366.
- ↑ Пчелов Е. В. История, рассказанная скоморохом Архивная копия от 5 августа 2020 на Wayback Machine // Полит.ру, 15.06.2013.
- ↑ Клейн Л. С. Воинствующий дилетантизм на экране Архивная копия от 2 января 2013 на Wayback Machine // Газета «Троицкий вариант — Наука», 25.12.2012. № 119. С. 12.
- ↑ Шнирельман, 2015, том 1, с. 99.
- ↑ Рецензии на труды С. А. Гедеонова: Погодин М. Гедеонов и его система о происхождении варягов и Руси // Записки АН. 1864. Т. 6. № 2. Приложение; Первольф О. О. Варяги, Русь и Балтийские Славяне // ЖМНП. 1877. Ч. 192.
- ↑ Мошин В. А. Варяго-русский вопрос // Slavia. 1931. Roč. X. S. 363—367.
- ↑ БРЭ, 2015, с. 136.
- ↑ 1 2 3 Николаев, 2012, с. 398—430.
- ↑ 1 2 3 Мельникова, 2011, Скандинавы в процессах образования Древнерусского государства, с. 50.
- ↑ 1 2 Джаксон, 2001.
- ↑ Мельникова, 2011, Мельникова Е. А., Петрухин В. Я. Легенда о «призвании варягов» и становление древнерусской историографии, с. 174.
- ↑ 1 2 Мельникова, 2011, Мельникова Е. А., Петрухин В. Я. Название «русь» в этнокультурной истории Древнерусского государства (IX—X вв.), с. 145—146.
- ↑ Филин Ф. П. Образование языка восточных славян. М.; Л., 1962. С. 253—261; Мейе А. Общеславянский язык. М., 1951; Соловьев А. В. Византийское имя России // ВВ. 1957. Т. 12. С. 135.
- ↑ О методах работы современных антинорманистов: Мельникова Е. А. Ренессанс Средневековья? Размышления о мифотворчестве в современной исторической науке // Родина. 2009. № 3. С. 56-58; № 5. С. 55—57; Мельникова Е. А. Тени забытых предков // Родина. 1997. № 10. С. 17—20.
- ↑ Видукинд Корвейский. Деяния саксов. 3.54 Архивная копия от 12 октября 2011 на Wayback Machine.
- ↑ Фомин В. В. Клейн как диагноз-2, или дело пустомели Петрея ещё живёт. Пока.
- ↑ 1 2 Полина Федотова. Дитя монгольского погрома. К проблеме историчности князя Рюрика // Свободная мысль. № 6 (1666). 2017. С. 5—22.
- ↑ Münster S. Cosmographia. T. IV. Basel, 1628. S. 1420.
- ↑ См.: Мюнстер Себастьян. Всеобщая космография // Россия в первой половине XVI в.: взгляд из Европы. М., 1997 (по последнему прижизненному изданию)
- ↑ Мельникова Е. А. Тени забытых предков // Родина. 1997. № 10. С. 17—20.
- ↑ 1 2 Клейн. Варяги, антинорманизм и час истины, 2010.
- ↑ 1 2 Клейн, 2014, с. 658.
- ↑ Клейн, 2014, с. 652.
- ↑ Пушкина Т. А. Скандинавские находки с территории Древней Руси (обзор и топография) // XIII конференция по изучению истории, экономики, литературы и языка Скандинавских стран и Финляндии. М. — Петрозаводск, 1997.
- ↑ 1 2 3 4 The Nordic Languages, 2002, p. 1042.
- ↑ Forssman, 1983, pp. 75—80.
- ↑ Kiparsky, V. (1975). Russische historische Grammatik. Vol III: Entwicklung des Wortschatzes. Heidelberg. pp. pp. 95-97.
- ↑ Strumiński, Bohdan. (1996). Linguistic Interrelations in Early Rusʹ. Northmen, Finns and East Slavs. (Ninth to eleven centuries). Rome/Edmonton/Toronto. pp. 229—243.
- ↑ Мельникова, 2011, Рюрик, Синеус и Трувор в древнерусской историографической традиции, с. 206; Мельникова, 2011, Возникновение Древнерусского государства и скандинавские политические образования в Западной Европе (сравнительно-типологический аспект), с. 46; Мельникова, 2011, Скандинавы в процессах образования Древнерусского государства, с. 71; Николаев, 2012, с. 398—430; Этимологический словарь русского языка = Russisches etymologisches Wörterbuch : в 4 т. / авт.-сост. М. Фасмер ; пер. с нем. и доп. чл.‑кор. АН СССР О. Н. Трубачёва, под ред. и с предисл. проф. Б. А. Ларина [т. I]. — Изд. 2-е, стер. — М. : Прогресс, 1986—1987.
- ↑ Melnikova, 2003, pp. 454—465.
- ↑ Русь // Этимологический словарь русского языка = Russisches etymologisches Wörterbuch : в 4 т. / авт.-сост. М. Фасмер ; пер. с нем. и доп. чл.‑кор. АН СССР О. Н. Трубачёва, под ред. и с предисл. проф. Б. А. Ларина [т. I]. — Изд. 2-е, стер. — М. : Прогресс, 1986—1987.
- ↑ sergeitsh. Андрей Зализняк : История русского языка (1 июня 2014). Дата обращения: 12 ноября 2017. Архивировано 1 февраля 2022 года.
- ↑ Logan, 2005, p. 184: «The controversies over the nature of the Rus and the origins of the Russian state have bedevilled Viking studies, and indeed Russian history, for well over a century. It is historically certain that the Rus were Swedes. The evidence is incontrovertible, and that a debate still lingers at some levels of historical writing is clear evidence of the holding power of received notions. The debate over this issue — futile, embittered, tendentious, doctrinaire — served to obscure the most serious and genuine historical problem which remains: the assimilation of these Viking Rus into the Slavic people among whom they lived. The principal historical question is not whether the Rus were Scandinavians or Slavs, but, rather, how quickly these Scandinavian Rus became absorbed into Slavic life and culture… in 839, the Rus were Swedes; in 1043 the Rus were Slavs».
- ↑ Клейн, 1999, с. 100.
Литература
- на русском языке
- Агеева Р. А. Страны и народы : происхождение названий / Отв. ред. Э. М. Мурзаев; АН СССР. — М.: Наука, 1990.
- Алпатов М. А. Русская историческая мысль и Западная Европа (XVIII — первая половина XIX в.). — М., 1985.
- Варяг // Этимологический словарь русского языка = Russisches etymologisches Wörterbuch : в 4 т. / авт.-сост. М. Фасмер ; пер. с нем. и доп. чл.‑кор. АН СССР О. Н. Трубачёва, под ред. и с предисл. проф. Б. А. Ларина [т. I]. — Изд. 2-е, стер. — М. : Прогресс, 1986—1987.
- Варяги : [арх. 9 октября 2022] / Е. А. Мельникова // Большой Кавказ — Великий канал [Электронный ресурс]. — 2006. — С. 621—622. — (Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов ; 2004—2017, т. 4). — ISBN 5-85270-333-8.
- Варяги : [арх. 19 июня 2024] / Е. А. Мельникова // Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] [Электронный ресурс] / гл. ред. Ю. С. Осипов. — 2023.
- Васильев Ю. А. Идеи М. В. Ломоносова в русской исторической школе // Знание. Понимание. Умение. — 2014. — № 2. — С. 141—148.
- Войтович Л. Рюрик и происхождение династии Рюриковичей: новые дополнения к старым спорам // Русин. — 2013. — № 1 (31). — С. 6—41.
- Восточная Европа в 6—10 веках. Восточные славяне. Древнерусские памятники : [арх. 15 июня 2024] / Седов В. В. // Россия [Электронный ресурс]. — 2004. — С. 261—265. — (Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов ; 2004—2017, т. [б. н.]). — ISBN 5-85270-326-5.
- Гнёздово : [арх. 19 октября 2022] / Пушкина Т. А. // Гермафродит — Григорьев [Электронный ресурс]. — 2007. — С. 271. — (Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов ; 2004—2017, т. 7). — ISBN 978-5-85270-337-8.
- Горский А. А. Русь: От славянского Расселения до Московского царства. — М.: Языки славянской культуры, 2004.
- Джаксон Т. Н. Варяжский вопрос // Родина. — 2001. Архивная копия от 8 сентября 2019 на Wayback Machine
- Досталь М. Ю. Как Феникс из пепла… (Отечественное славяноведение в период Второй мировой войны и в первые послевоенные годы). — М.: Индрик, 2009.
- Древнерусское государство : [арх. 7 декабря 2022] // Россия [Электронный ресурс]. — 2004. — С. 265—271. — (Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов ; 2004—2017, т. [б. н.]). — ISBN 5-85270-326-5.
- Забелин И. Е. История русской жизни с древнейших времен. Часть 1. — М.: Синодальная типография, 1908.
- Клейн Л. С. Норманизм — антинорманизм: конец дискуссии // Stratum plus. Археология и культурная антропология. — 1999. — № 5. — С. 91—101.
- Клейн Л. С. Спор о варягах. История противостояния и аргументы сторон. — СПб.: Евразия, 2009. — 400 с. — ISBN 978-5-8071-0329-1.
- Клейн Л. С. Антинорманизм как диагноз // Полит.ру. 03.12.2010.
- Клейн Л. С. Варяги, антинорманизм и час истины // «Троицкий вариант — Наука». — 2010. — № 63. — С. 10.
- Клейн Л. С. Трудно быть Клейном. — СПб.: Нестор-История, 2010. — 748 с. — 500 экз. — ISBN 978-5-98187-368-3.
- Клейн Л. С. Фо па антинорманиста (Рец. на кн.: Фомин В. В. Голый конунг. Норманизм как диагноз. М. : Алгоритм, 2013. 320 с.) // Российский археологический ежегодник / Ред. Л. Б. Вишняцкий. — СПб.: Университетский издательский консорциум, 2014. — № 4. — С. 649—659.
- Клейн Л. С. Антинорманизм как проявление «научного патриотизма». Часть I. Идеологическая составляющая антинорманизма // «Троицкий вариант — Наука». — 2018. — № 253. — С. 10—11.
- Мельникова Е. А., Петрухин В. Я. Название «русь» в этнокультурной истории Древнерусского государства (IX—X вв.) // Вопросы истории. — 1989. — № 8. — С. 24—38. Архивная копия от 5 марта 2016 на Wayback Machine
- Мельникова Е. А. Древняя Русь и Скандинавия: Избранные труды / Институт всеобщей истории РАН; Университет Дмитрия Пожарского; Под ред. Г. В. Глазыриной и Т. Н. Джаксон. — М.: Русский фонд содействия образованию и науке, 2011. — 476 с. — ISBN 978-5-91244-073-1.
- Мурашёва В. В. Была ли Древняя Русь частью Великой Швеции? // Родина. — 1997. — № 10. — С. 8—11. Архивная копия от 24 июля 2021 на Wayback Machine
- Мурашёва В. В. «Путь из ободрит в греки…» (археологический комментарий по «варяжскому вопросу» // Российская история. — 2009. — № 4. — С. 174—180. — ISSN 0869-5687.
- Николаев С. Л. Семь ответов на варяжский вопрос // Повесть временных лет / Пер. с древнерус. Д. С. Лихачёва, О. В. Творогова. Комм. и статьи А. Г. Боброва, С. Л. Николаева, А. Ю. Чернова, А. М. Введенского, Л. В. Войтовича, С. В. Белецкого. — Вита Нова. — СПб., 2012. — С. 398—430. Архивная копия от 6 сентября 2021 на Wayback Machine
- Петрухин В. Я. Русь в IX—X веках. От призвания варягов до выбора веры. — 2-е изд., испр. и доп.. — М.: Форум : Неолит, 2014. — 464 с.
- Платонов С. Ф. Лекции по русской истории. — 10-е издание, пересмотренное и исправленное. — Петроград: издал Ив. Блинов, 1917. — [2], II, 743 с.
- Пчелов Е. В. История, рассказанная скоморохом // Полит.ру. 15.06.2013.
- Русь (народ) : [арх. 19 июня 2024] / А. С. Щавелев // Большая российская энциклопедия [Электронный ресурс]. — 2024.
- Рюрик : [арх. 15 июня 2024] / Е. А. Мельникова // Румыния — Сен-Жан-де-Люз [Электронный ресурс]. — 2015. — С. 136. — (Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов ; 2004—2017, т. 29). — ISBN 978-5-85270-366-8.
- Савельева И. М., Полетаев А. В. Национальная история и национализм // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: История России. — 2006. — № 2 (6). — С. 18—30.
- Селин А. А. Образ Рюрика в современном пространстве Северо-Запада России // Историческая экспертиза. — 2016. — № 4. — С. 89—110.
- Скрынников Р. Г. Русская история IX - XVII веков. — СПб.: Изд-во СПбГУ, 2006. — 582 с. — ISBN 5-288-04011-7.
- Соколов С. В. Концепции происхождения «варяжской руси» в отечественной историографии XVIII—XIX вв. в контексте европейских идей раннего нового времени. — Екатеринбург: Банк культурной информации, 2015. — 316 с. — ISBN 978-5-9906258-5-3.
- Хлевов А. А. Норманская проблема в отечественной исторической науке. — СПб. : Издательство СПбГУ, 1997.
- Шнирельман В. А. Националистический миф: основные характеристики (на примере этногенетических версий восточнославянских народов) // Славяноведение. — 1995. — № 6. — С. 3—13.
- Шнирельман В. А. Русское родноверие : неоязычество и национализм в современной России. — М.: Библейско-богословский институт святого апостола Андрея, 2012. — xiv + 302 с. — ISBN 978-5-89647-291-9.
- Шнирельман В. А. Хазарский миф : идеология политического радикализма в России и её истоки. — М.: Мосты культуры-Гешарим, 2012б. — 312 с. — ISBN 9785932733554.
- Шнирельман В. А. Арийский миф в современном мире / Российская академия наук, Институт этнологии и антропологии имени Н. Н. Миклухо-Маклая. — М.: Новое литературное обозрение, 2015. — (Библиотека журнала «Неприкосновенный запас»). — ISBN 978-5-4448-0279-3.
- на других языках
- Duczko, Wladyslaw[пол.]. Viking Rus: Studies on the Presence of Scandinavians in Eastern Europe. — Leiden : Brill, 2004.
- Franklin, Simon; Shepard, Jonathan[англ.]. The Emergence of Rus 750—1200 (англ.). — Harlow, Essex: Longman, 1996. — (Longman History of Russia, general editor Harold Shukman). — ISBN 0-582-49091-X.
- Istranin, Artem and Drono, Alexander (2017). János M. Bak and Robert Maier, Eckert (ed.). "Competing historical Narratives in Russian Textbooks" (PDF). Mutual Images: Textbook Representations of Historical Neighbours in the East of Europe. Dossiers, 10 ([Braunschweig]: Georg Eckert Institute for International Textbook Research): 31—43.
{{cite journal}}
: Википедия:Обслуживание CS1 (множественные имена: authors list) (ссылка) Архивировано 10 августа 2023 года. - Kruse, Friedrich. Necrolivonica oder Geschichte und Alterthümer Liv-, Esth- und Curlands Grichischen, Römischen, Byzantinischen, Nortmannischen oder Waräger-Russischen, Fränkischen, Angelsächsischen, Anglodänischen Ursprungs. 1: [Hauptband]. Leipzig 1859.
- Lane, Katie (2005). "Vikings in the East: Scandinavian Influence in Kievan Rus" (PDF). HST 499 Spring.
- Logan, F. Donald[англ.]. The Vikings in History. — Taylor & Francis, 2005. — ISBN 0415327563.
- Magocsi, Paul Robert. A History of Ukraine: The Land and Its Peoples. — Second. — University of Toronto Press, 2010. — P. 56—58. — ISBN 978-1-4426-9879-6.
- Melnikova E. A. (2003). "The Cultural Assimilation of the Varangians in Eastern Europe from the Point of View of Language and Literacy". Runica — Germ. — Mediavalia (heiz./n.) Rga-e 37: 454—465.
- Melnikova, Elena. 'The Varangian problem': Science in the Grip of Ideology and Politics // Russia’s Identity in International Relations: Images, Perceptions, Misperceptions / Raymond Taras[англ.]. — Abingdon : Routledge, 2013.
- Plokhy, Serhii. The Origins of the Slavic Nations Premodern Identities in Russia, Ukraine, and Belarus. — Cambridge : Cambridge University Press, 2006. — P. 10—48.
- Pritsak, Omeljan. The Origin of Rus'. Cambridge Massachusetts: Harvard University Press, 1991.
- Raffensperger, Christian (2014). "The Place of Rus' in Medieval Europe". History Compass[англ.], 12/11: 853—865. doi:10.1111/hic3.12201. Архивировано 10 августа 2023 года.
- Shepard, Jonathan[англ.]. Review Article: Back in Old Rus and the USSR: Archaeology, History and Politics (англ.) // English Historical Review. — 2016. — Vol. 131, iss. 549. — P. 384—405.
- Skandinavische Spuren in der alt-russischen Sprache und Dichtung. En Beitrag zur Sprach- und Kulturgeschichte des ost- und nord-europäischen Raumes im Mittelalter. 2nd ed. / B. Forssman. — München, 1983.
- The Nordic Languages, An International Handbook of the History of the North Germanic Languages / Bandle, O., ed.; Braunmüller, K.; Jahr, E. H.; Karker, A.; Naumann, H. P.; Teleman, U.; Consulting Editors: Elmevik, L.; Widmark, G. HSK 22.1. — Berlin, New York : Walter de Gruyter, 2002. — Vol. 1.
- Антинорманизм
Дореволюционный
- Венелин Ю. И. Скандинавомания и её поклонники или столетние изыскания о варягах. — М.: В тип. А. Семёна, 1842.
- Гедеонов С. А. Варяги и Русь: В 2-х частях. — СПб.: Тип. Императорской Академии наук, 1876. — 569 с.
- Гедеонов С. А. Варяги и Русь: В 2-х частях. — М.: Русская панорама, 2005. — 664 с. — (Возвращённое наследие: памятники исторической мысли). — 1000 экз. — ISBN 5-93165-143-8.
- Гедеонов С. А. Варяги и Русь. Разоблачение норманнского мифа. — М.: Эксмо; Алгоритм, 2012. — 288 с. — (Подлинная история Руси). — ISBN 978-5-699-56960-1.
- Иловайский Д. И. О мнимом призвании варягов // Начало Руси («Разыскания о начале Руси. Вместо введения в русскую историю»). — «Олимп», 2002. — 629 с.
- Максимович М. А. Откуда идет русская земля. По сказанию Несторовой повести и другим старинным писаниям русским. — Киев: В Университетской тип, 1837. — 148 с.
Русская эмиграция
- Рязановский В. А. Обзор русской культуры: В 2 томах: Т. 1. 638 с.; Т. 2. Ч. 1. 557 с.; Т. 2. Ч. 2. 222 с. — Нью-Йорк, 1947—1948.
- Ильина Н. Н. Изгнание норманнов : очередная задача русской исторической науки. — Париж, 1955. — 185, [1] с.
- Настенко И. А. Краткая биография Н. Н. Ильиной // Изгнание норманнов из русской истории: Сборник. — М.: Русская панорама, 2010. — 536 с. — ISBN 978-5-93165-203-0.
- Ильина Н. Н. Изгнание норманнов: Очередная задача русской исторической науки / Отв. ред. И. А. Настенко. — М.: Русская панорама, 2020. — 192 с. — (Возвращенное наследие: памятники исторической мысли). — ISBN 978-5-93165-457-7.
- Сергей Лесной. Откуда ты, Русь? — Виннипег, 1964 (переиздано: Ростов н/Д, 1995, а также последующие издания). Глава 21. История борьбы антинорманизма с норманизмом
Советский
- Кузьмин А. Г. К вопросу о происхождении варяжской легенды // Новое о прошлом нашей страны. Памяти М. Н. Тихомирова. — М., 1967. — С. 42−53.
- Кузьмин А. Г. Две концепции начала Руси в Повести временных лет // История СССР. — 1969. — № 6. — С. 81—105.
- Кузьмин А. Г. «Варяги» и «Русь» на Балтийском море // Вопросы истории. — 1970. — № 10. — С. 28—55. (недоступная ссылка)
- Мавродин В. В. Образование древнерусского государства. — СПб. Изд-во С.-Петербург. ун-та, 2008. — 2-е изд. — 592 с.
- Рыбаков Б. А. Древняя Русь. Сказания. Былины. Летописи. — М.: Наука, 1963. — 362 с.
- Рыбаков Б. А. Варяги. Норманнская теория. // История СССР с древнейших времён до наших дней. Первая серия, т. 1. М., 1966.
- Рыбаков Б. А. Киевская Русь и русские княжества XII−XIII вв. — М.: Наука, 1982. — 591 с.
- Черных П. Я. К вопросу о происхождении имени «варяг» // Ученые записки Ярославского государственного педагогического института. — Ярославль, 1944. — Вып. 4.
- Черных П. Я. Этимологические заметки. Варяг // Научные доклады высшей школы. Филологические науки. — М., 1958. — № 1.
- Шаскольский И. П. Норманская теория в современной буржуазной науке / Академия наук СССР. — М.—Л.: Наука, Ленингр. отд-ние, 1965. — 220 с. — 1700 экз.
Постсоветский
- Анохин Г. И. Рюрик — солевар из Русы // Человек. — 1994. — Вып. 4. — С. 77—92.
- Анохин Г. И. Новая гипотеза о происхождении государственности на Руси // Вопросы истории. — 2000. — № 3. — С. 51—61.
- Изгнание норманнов из русской истории: Сборник. — М.: Русская панорама, 2010. — 536 с. — 1000 экз. — ISBN 978-5-93165-203-0.
- Варяго-русский вопрос в историографии: Сборник статей и монографий / Сост. и отв. ред.: В. В. Фомин; РАН, Ин-т российской истории. — М.: Русская панорама, 2010. — 624 с. — (Изгнание норманнов из русской истории; Вып. 2). — 1000 экз. — ISBN 978-5-93165-272-6.
- Дитяткин Д. Г. С. А. Гедеонов и его концепция начальной истории Руси: Дисс. …канд. ист. наук. — М., 2010. — 240 с.
- Кузьмин А. Г. Варяги и Русь (недоступная ссылка)
- Кузьмин А. Г. Варяги и Русь на Балтийском море
- Кузьмин А. Г. Об этнической природе варягов // Гедеонов С. А. Варяги и Русь. М., 2004. С. 576—620.
- Кузьмин А. Г. «Древняя Русь в IX—XI веках».
- Меркулов В. И. Откуда родом варяжские гости? Генеалогическая реконструкция по немецким источникам. — Белые альвы, 2005. — 128 с. — (Библиотека расовой мысли). — ISBN 5-7619-0228-1, ISBN 5-94355-308-8.
- Сборник Русского исторического общества / Редколлегия: В. В. Дегоев, В. А. Захаров, А. Г. Кузьмин, И. А. Настенко, О. М. Рапов, В. В. Фомин, Ю. В. Яшнев.. — М.: Русская панорама, 2003. — Т. 8 (156). «Антинорманизм». — 344 с. — 1000 экз. — ISBN 5-93165-066-0.
- Котляр Н. Ф. В тоске по утраченному времени [Рецензия на Сборник РИО «Антинорманизм» // Средневековая Русь. — М., 2007. — Вып. 7.[1]
- Фомин В. В. Русские летописи и варяжская легенда: Учебное пособие. — Липецк: ЛГТУ, 1999. — 149 с.
- Фомин В. В. Варяги и варяжская русь: К итогам дискуссии по варяжскому вопросу / Рецензенты: член-корр. РАН А. Н. Сахаров, д-р ист. наук Г. В. Талина; Институт российской истории РАН. — М.: Русская панорама, 2005. — 488 с. — 1000 экз. — ISBN 5-93165-132-2.
- Фомин В. В. Варяго-русский вопрос в отечественной историографии XVIII—XX веков. Дисс. … доктора исторических наук. — М., 2005. — 311 с.
- Фомин В. В. Начальная история Руси: Учебное пособие / Институт российской истории РАН, Липецкий государственный педагогический университет, Арзамасский государственный педагогический институт. — М.: Русская панорама, 2008. — 296 с. — 1500 экз. — ISBN 978-5-93165-209-2.
- Фомин В. В. Голый конунг: Норманнизм как диагноз. — М.: Алгоритм, 2013. — 320 с. — (Наша Русь). — ISBN 978-5-4438-0430-9.
- Фомин В. В. Клейн как диагноз, или голый «конунг» норманизма
- Фомин В. В. Клейн как диагноз — 2, или Дело пустомели Петрея ещё живёт
- Фомин В. В. Ультранорманизм в прошлом и настоящем. Часть 1
- Фомин В. В. Ультранорманизм в прошлом и настоящем. Часть 2
- Фомин В. В. Ультранорманизм в прошлом и настоящем. Часть 3
- Фроянов И. Я. Исторические реалии в летописном сказании о призвании варягов // Вопросы истории. 1991. № 6. С. 3-15.
Ссылки
- Акт научно-исследовательской экспертизы «О времени появления имени „Русь“ (Руса) в Южном Приильменье» и Приложение к Акту научно-исследовательской экспертизы.
- Лебедев Валерий. Переписка двух редакторов и автора, или Спор о славянах и норманах.
- Конференция «Российская государственность в лицах и судьбах её созидателей: IX—XXI вв.» (Доклады В. В. Фомина, Л. Грот и др. с критикой норманизма).
- Курилла И. И. Зачем фальсифицируют историю. — Arzamas.academy.
- History of Russia (англ.). Encyclopædia Britannica.
- Oleg (англ.). Encyclopædia Britannica.
- Rus (англ.). Encyclopædia Britannica.
- Viking people / Eastern Europe (англ.). Encyclopædia Britannica.
- Gazeau, Véronique[фр.] and Musin, Alexandre. Normannism and Anti-Normannism Wednesday, 24 March . Liberté pour l'histoire (2010). Дата обращения: 20 марта 2015. Архивировано из оригинала 30 января 2016 года.
- Русь изначальная. ТВ-передача «Час истины». Расшифровка передачи (12 декабря 2009). — Принимают участие А. Н. Сахаров и В. В. Фомин.
- Клейн Л. С. Лев Клейн отвечает на критику антинорманистов. Варяги, антинорманизм и час истины (20 октября 2010). — [ответ на Русь изначальная. ТВ-передача «Час истины»]. Архивная копия от 24 июня 2021 на Wayback Machine